В гостях у Машеньки на кухне, где обычно царит хаос, вдруг появляется порядок и вкуснячки. Но это лишь приглашение к веселью, когда Инна решает показать свою деликатесную кулинарию, готовая не просто дома, а прямо на кухне.
Застой слез вреден для организма. Как выяснилось."
"Роман, потоптавшись на месте, плюхнулся в кресло. Эля аккуратно присела на край дивана, смущаясь от неловкости: от друзей веяло теплом и интимностью, которые лучше держать за закрытыми дверями. Казалось, эти нежные чувства можно ощутить руками, потрогать, погреться…
Машка со вздохом уселась рядом с мужем и поправила на себе одежду.
— А ты на Бажина посмотри — сразу поймешь, что случилось.
— Смотрю, и что? — непонимающе уставился Роман на Виталия.
— Постригся он.
— Бывает, — усмехнулся Мелех. — И со мной такое бывает аж два раза в месяц. Нормально постригся.
— Не нравится ей. Коротко, — снова посмеялся Виталя.
— А-а-а, — понимающе протянул Роман, — ты привыкай, теперь все будет не так. И сам ты весь будешь не такой. Не так постригся, не так побрился, не так оделся, не так ешь, не так пьешь, не так спишь. И вообще, что ты спишь, когда у нее бессонница! Вставай, скотина! — хохотнул Роман, его смех подхватила и Эльвира.
Машка кривовато хмыкнула:
— Кстати, да, меня страшно бесит, когда я среди ночи проснусь и потом заснуть не могу, а он спит.
Новая волна громкого разнотонного смеха прокатилась по гостиной и стихла где-то под высоким потолком.
— Все готово, Виталий Эдуардович. Накрывать? — спросила Надежда, тоже улыбнувшись. Не знала, в чем причина столь веселого смеха, но смеялась вся компания очень заразительно.
— Конечно, — кивнул Виталий.
Никакого особенного повода для ужина с друзьями не было.
Когда-то давно Виталий больше всех месяцев в году любил декабрь. В нем, холодном, больше тепла, чем во всех остальных. Зимой хочется его особенно острее, тепла, да так оно и чувствуется: только порог своего дома переступаешь, обдает привычными родными запахами.
Потом ощущение праздника на много лет потерялось. И не потому, что вырос, зачерствел, — тепло пропало, как выветрилось.
— Я вам тоже посылочки приготовила, — оживилась Мария, уже забыв о причине своих горьких слез.
— Вам — это кому? — намеренно переспросила Эльвира.
— Тебе и Роме.
