Автор
В жарком августе воздух напоминал бензин в раскаленной печи, когда Анджело внезапно пригласил меня к себе домой. Комната была заражена его атмосферой - холодной решимостью и непрекращающейся тревогой. Я чувствовала себя покалеченной иглами, словно в тонких одеждах из чистого холода....
Но явно не то, что было в общежитие. И дело даже не в самом этом случае, а в том, что в любой ситуации Матео мог посчитать меня шлюхой. Сделать что-то ужасное, а я… не такого желала от парня, с которым намеревалась прожить всю жизнь.
Я солгу, если скажу, что не думала о том, как можно было бы исправить то, что случилось. Все пыталась понять, в чем состояла моя вина. Как мне было лучше поступить. Загрызала себя такими размышлениями. Чувствовала себя никчемной и ущербной.
До тех пор, пока не стало окончательно больно.
В этом была огромная заслуга Авелин. Она словно тонко чувствовала мои эмоции и постепенно помогала выйти из них. Нашими прогулками, совместной готовкой еды, изготовлением посуды, долгими разговорами и вечерними бокалами вина. Так, что я хотя бы начала приходить в норму.
Временами я еще заходила в ту комнату, в которой обычно спал Матео, когда приезжал к Авелин.
Первые разы моего пребывания в этой комнате были похожи на пытку. Против воли я вспоминала все, что было между мной и Матео. Хорошее и плохое. Все это пронзало сознание. Изувечивало его. Грубые прикосновения Лонго. То, как он срывал с меня одежду. Как неистово брал прижимая к стене, или накрывая меня собой на кровати.
Переживая все эти воспоминания, я еле боролась с желанием немедленно покинуть эту комнату. Хотя бы из-за осознания того, что Матео все еще мне не безразличен.
Но, тем не менее, я оставалась. Хотела все это пережить. Пропустить через себя. Свыкнуться с тем, что уже теперь мы не вместе и мне на него глубоко плевать.
Это была колоссальная работа над собой. Трудная и даже болезненная, но со временем у меня получилось заходить в эту комнату и ничего не чувствовать.
"После этого стало намного проще. Я начала более трезво смотреть на жизнь. Опять пытаться строить планы, но уже теперь те, в которых в моей жизни не было Матео. Пока что я не понимала, что будет, когда я вернусь во Флоренцию, но, думаю, Лонго эти две недели тоже пойдут на пользу. Он успокоится. Может, найдет себе другую. Нам вообще изначально не следовало начинать встречаться.
