Все вокруг старались не смотреть на него. Ричер инстинктивно воспользовался правилом, которое гласило: надейся на лучшее, но будь готов к худшему. И самый худший вариант общения с таким парнем был не так уж и плох. Их разделял целый ярд пустого пространства — вполне достаточно места, чтобы неплохо порезвиться. Такие бойцы держатся только на своей репутации, и чем она хуже, тем меньше практики они имеют в реальных драках, потому что другие люди чаще всего просто отступают. Поэтому навыки бойца ржавеют и постепенно теряются. Простой сигаретный удар решит все проблемы. Он получил своё название еще тогда, когда все поголовно курили. Рот парня открывается, чтобы зажать губами следующую сигарету, наглая и рассчитанная небольшая пауза, возможно, полуулыбка, и тут коварный левый апперкот в подбородок, продублированный таким же справа, снова захлопывает рот, кроша зубы и, возможно, заставляя его прокусить язык. Игра закончена, прямо там, а если это не так, то ударом сбоку и вниз ставится точка, вколачивая костяшки пальцев в шею, как железнодорожный костыль в шпалу. Без особых проблем. За исключением того, что никто больше не курит, по крайней мере, в помещении, поэтому приходится делать это, пока они разговаривают, что тоже не составляет проблемы, потому что все они не замолкают, особенно, быки. Они разговаривают больше всех. Все эти угрозы, насмешки, типа «чего уставился?»
Итак, надеемся на лучшее.
Ричер отхлебнул водянистую пену из бутылки с длинным горлом и стал ждать. Официантка после паузы подошла, чтобы спросить, не нужно ли ему еще что-нибудь, что явно было попыткой завязать разговор. Ричеру она понравилась, возможно, он ей тоже нравился. Она выглядела профессионально, и ей было где-то лет сорок. Не студентка колледжа и не молодая девушка, планирующая скоро найти себе что-нибудь получше. Она тоже старательно отводила взгляд от парня. Им занимался бармен, и она была этим очень довольна, что бросалось в глаза.
— Кто он? — поинтересовался Ричер.
— Обычный посетитель, — ответила она.
— А у него есть имя?
— Не знаю. Точнее, имя у него есть, но я его не знаю.
Почему-то Ричеру в это не верилось. Обычно все знают имена таких парней, потому что подобные ребята заботятся о том, чтобы их знали.
Ричер продолжил:
— И часто он здесь бывает?
— Каждую неделю.
Расписание было слишком точным и это было странно. Женщина не хотела об этом говорить, это было очевидно. Вместо этого она начала с обычных вопросов. Впервые в городе? Откуда приехал? Чем занимаешься? На такие вопросы Ричеру всегда было трудно отвечать. Он был в каждом городе впервые, приходил из ниоткуда и ничем не занимался.