В тишине старинного кабинета скрывается напряжение и загадка: Наиле не хватает духу встретиться лицом к лицу с главой Черных Рода, пока она все еще в себе упирается. Только теперь его имя — ДалгетХан Умранов — привлекло ее внимание как тень, плывущая по бездонному озеру молчания....
- Но как это могло произойти? - удивилась она. - Дом ведь был закрыт. И защита на нем...
- Да, - кивнул Саха. - Не нарушена. И это более, чем странно. А как попал в дом? - он шевельнул крупной кистью. - Я думаю, у него были ключи. Этот кто-то попал в дом без помощи магии.
Наиле стало неприятно. Как такое могло произойти? Она же говорила с мамой, и если бы у них пропали ключи, мама бы обязательно сказала.
- Дубликаты, - предвосхищая ее вопрос, проговорил Саха. - Кстати, покажи твои ключи.
Она принесла ключи.
- Вот.
Саха долго вертел их в пальцах, потом наконец сказал, показывая на маленький белый катышек, застрявший в бородке:
- Следы пасты. Где ты вообще носишь ключи?
- В сумке с вещами.
- А сумку где оставляла?
- В хранилище, - проговорила она.
А до того... Она ведь с этим со всем прибыла на прием в клан Черных Нагов вместе с остальными гостями от Синих. И там же, на приеме, ее кто-то столкнул с террасы вниз. Потому ДалгетХан и предложил ей защиту Черных.
Получалось, что сделать это мог кто угодно.
Саха смотрел на нее и хмурился. Потом тихонько пробормотал:
- Кажется, рановато я отпустил Инара.
- Что? - не поняла Наиля.
- Ничего. Сейчас, как закончишь есть, проверь, все ли в доме на месте. А потом я заберу тебя...
- Нет.
- Что, нет? Ты понимаешь, что здесь опасно?
- Не понимаю, - взвилась она, снова начиная злиться. - Кому я вообще нужна? Я никакой ценности не представляю, о какой опасности ты мне все время твердишь?! Боитесь, что я что-то про вас выболтаю? Так я не смогу! Я кровную клятву дала!
Он как-то резко встал и вдруг оказался очень близко.
- Тебе может грозить опасность из-за меня. Я. Навлек на тебя опасность.
Звоном молчание повисло.
Если бы он как-то иначе стал бы преподносить свою параноидальную ""заботу"" о ее безопасности, говорил бы о чувствах, она бы просто не поверила. Собрала бы всю волю в кулак и послала его. И пусть бы потом всю жизнь рыдала в подушку.
Но в том, что Саха сейчас сказал, было честное и рациональное объяснение - чувство вины.
- Хорошо, - пробормотала она, глядя на него исподлобья.
- Отлично. У меня есть дом на побережье.
- Нет, Саха, - она покачала головой. - Об этом не может быть и речи. У меня есть магазинчик в центре, при нем маленькая квартира. Я переберусь туда.
С минуту он буравил ее взглядом, потом нехотя выдал:
- Хорошо.
И тут же скомандовал сухо:
- Осмотри здесь все.
