Автор
Воздух в палате зловеще напряжен, скрипнувиной металлического стула и тихим дыханием больного. Кирюша с трудом приводит в движение ноги, но глаза его полны надежды, когда услышал шаги по лестнице. Под окном собрались друзья, готовые принять вызов. Ночь тянется сквозь окно, держась за жизнь и любовь в палате инвалидов....
Похоже, «Разбуди меня (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
И долго.
Сглатывая ком в горле, медленно двигаю ствол выше, на сердце, под ребро.
— Ну, давай… — чувствую как трясет его.
В моей голове Димка. Он не позволяет ""дать"".
— Пошел к черту! — швыряю ствол в реку, в темноту. — Пошел ты…
Плеск снизу. Опускаюсь обессиленно рядом.
— Чё делать будем, любовь моя?
В его интонациях я вдруг узнаю того, когда-то близкого мне человека. С которым я была в отношениях, которого любила. Словно этот шок снёс вот все то, что на нём появилось вместе со взлетом его карьеры.
— Я не знаю, что делать.
Я вдруг чувствую себя снова маленькой, а этот мир огромным, непонятным и неуправляемым. И мне хочется, чтобы появился кто-то из взрослых.
Потому что, Эльдар, тоже не взрослый!
Взрослый — Митяй. И Зольникова, наверное. Но между ними огромная разница. Митяй тот ""взрослый"", который знает, что я ""маленькая"" и любит меня. Зольникова — это тот взрослый, который в курсе, что ребенок я проблемный… и любить ей меня не за что.
Поэтому я хочу только Митяя сюда. Больше никто мне не поможет.
Отбираю из руки Эльдара пачку сигарет. Вырываю сигарету из его губ, прикуриваю от нее, стреляю ей подальше, куда-то в сторону воды. В траву в лесу — не стоит точно.
Курю, поднимая глаза на небо.
— Мгла беспросветная… — шепчу я.
— Н-да. Так, что делать будем, Тань? Херня выходит. Что не делай, выходит только херня.
— Я хочу, чтобы они все умерли, — оскаливаюсь я. — Все до одного. И ты.
— Чего не выстрелила?
— Мне любимый мужчина запретил убивать. Сказал сам всех убьет, если надо будет.
— Мм… — ревниво, но вяло. — Камень в мой огород? Принимается. Я знаю, что я ничтожество для тебя. Но только потому, что я веду себя как ничтожество, ты ещё жива. Веришь?
— Может быть.
— Давно у тебя другой?
— Всю жизнь был. Просто нас на некоторое время разнесло в разные стороны. Наверное, чтобы Тико родилась. А после тюрьмы снова встретились…
— Любишь его?
— С детства…
Вздыхает.
— А меня?
— Нельзя любить мужчину морально слабее себя. Это противоестественно. Так не бывает…
— А я тебя до сих пор — да.
— Зачем тогда так, Эльдар?..
— А как?..
— Отпечатки эти на стволе. Сейф.
— Нет их там, Тань. Стер я их перед тем, как ехать торговаться за Тико. Чужие ""прилепил"".
— Это правда?
— Правда.
— Спасибо, — веду кистью по волосам, причесывая копну. — Не совсем ты конченный…
— Да и забрал этот ствол Литвин твой. Забудь, короче.
— Сути это не меняет.
— А что меняет?
— Что меняет? Было бы неплохо, чтобы ты тоже выжил в этом пиздеце.
