Автор
В глухой придорожной темноте Арина медленно раздевается перед начальством, чувствуя внезапную возбужденность. Кровь бурчит в жилах, а дыхание замедляется, когда она осознает, что ожидает нечто еще более необычное и страшно-приятное.
Босс наблюдал, смотрел неотрывно, как между моих напряженных губ двигался его член. Клитор начал пульсировать еще сильнее от моих движений. Тело покрылось бисеринками пота. Стало сложно сдерживаться. Мне хотелось получить разрядку.
— Давай. Трахай себя… Смелее!
Бедра двинулись навстречу моей руке, сначала робко, потом смелее. Через несколько секунд я подмахивала ими и, не стесняясь, ласкала себя, потеряв контроль и стыд. Просто смотрела в глаза Игната, казалось, он пожирал меня своим взглядом.
— Хорошая Возбуждаешь безумно… Давай, покажи, какая ты красивая.
Член у меня во рту напрягся и уперся концом в глотку, через секунду крупная судорога окончилась выплеском горячего семени.
— Вот так… Кончай! — простонал, мягкими толчками продолжая бить в одну и ту же точку, выплескиваясь.
Сумасшедшая ситуация. Полный провал. Крах! Игнат проконтролировал все: от первой и до последней минуты. Мой шантаж провалился. Я дерьмовый шантажист! Но как же сладко сейчас все внутри дрожало от нового вала оргазма.
Глаза закатились от удовольствия и экстаза, который я продлевала движениями пальцев, пока не обессилела полностью. Пришлось сглотнуть теплое семя дважды, прежде чем босс медленно вынул член из моего рта и помог подняться рывком. Он просто поднял меня вверх, как пушинку. Игнат приподнял меня на уровень своего лица и прижал к стене.
— Никогда не угрожай мне, — тихо потребовал он. — Поняла?
Я кивнула. Сколько я выдержу с таким обращением? Я же не надувная кукла, чтобы меня так вертели и ставили в любые позы.
Наверное, в глазах отразились мысли.
— Думаешь, это мой потолок, Ариша? Отнюдь. Я умею быть нежным любовником, — сказал Игнат, посмотрев мне в глаза. — С такой роскошной кисюней могу и поосторожничать, — погладил меня пальцами между ног. — Но только не тогда, когда ты мне палки в колеса вставляешь и осложняешь и без того непростую ситуацию.
— Почему она не простая? — спросила севшим голосом.
— Потому. Есть нюансы. Я не хочу о них рассказывать.
— Окей, значит, я играю с закрытыми глазами?
— Открывай.
Игнат снова все свел к сексу, а потом добавил с лукавой ухмылкой:
— Давай договоримся. Ты ведешь себя как послушная девочка, а в ответ получаешь самый нежный, самый сладкий трах в своей жизни. Ты будешь плакать от счастья. Натурально.
— Ты слишком самонадеян.
— Нет, я думаю, у тебя в интимной жизни громадный пробел, который нужно заполнить. Удовольствием тебя накачать.
