Мирабелла Вествик становится студенткой факультета ведовства. Её тихая атмосфера сменяется ожесточённой борьбой и чародейством, когда она знакомится со стражами закона — ведьминскими ректорами. Попав в мир магии и заговоров, студентка готова покорить вершины знаний или стать легендой, но лишь найдя баланс между правилами и собственным сознанием....
Теперь он обязан всё исправить, иначе потеряет моё доверие навсегда.
Ехидна!
Я опустила голову и ответила, стараясь говорить твёрдо:
– Мне жаль. Я украла ключ у Виридиана, я подговорила подруг пробраться в храм, я практически заставила их… это всё только моя вина.
Император сделал шаг вперёд. Я подняла голову и наткнулась на мягкий взгляд зелёных глаз:
– Виридиан должен был думать о последствиях, когда скрывал от тебя то, что произошло с матерью. Ключ от храма – его ответственность. Но он был беспечен.
– Он боялся, что я брошусь на поиски матери, он думал, что поступает правильно! – принялась оправдывать дракона я.
Мне не нравилось, что кто-то, пусть даже сам божественный император-дракон, осуждает Дина. Ректор этого не заслуживал.
– Дитя, это похвально, что ты защищаешь его, ведь он твой истинный…
– Почему вы так уверены? – выпалила я.
– Я и сам это чувствую, мы же родня. Эта тонкая нить между вами крепнет день ото дня.
– Какая ещё нить? – с беспокойством спросила я. – Я ничего такого не замечала.
– А может ты просто не желала замечать? – хитро прищурился император.
Я смутилась, понимая, что он прав. Я всеми силами отрицала то, что между мной и Дином может быть что-то настоящее, не верила… Но в последнее время желание быть с ним рядом, просто хотя бы видеть его, давило на меня изнутри. И что пугало больше всего – оно даже вытесняло мысли о маме. Я упустила тот момент, когда дракон стал так важен для меня.
– Может и не желала, – согласилась я с Харальдом спустя время.
– Разве это не может быть ошибкой?
– Дракон любит лишь раз, – с какой-то тоской произнёс император, отворачиваясь к окну. – Это чувство ни с чем ни спутать. Оно горит внутри ярким пламенем, согревая сердце и душу.
– Но я просто ведьма… во мне нет дракона, нет этого пламени.
– В этом и есть главный страх каждого дракона, – император повернулся и его глаза блеснули. – Не почувствовать взаимности от единственной, кого дракон способен любить.
– Значит, я могу отказаться, – догадалась я.
– Конечно. Ты вольна разорвать эту нить, – натянуто улыбнулся император.
Вот зачем он позвал меня… Думает, что я хочу лишить его сына шанса на любовь?"
"Я посмотрела на дракона и решилась уточнить:
– Вы хотите знать, влюблена ли я в вашего сына?
– За эти месяцы нить должна была окрепнуть, но этого не произошло. Это может означать лишь одно – ты противишься этому, Мирабелла.
– Это он попросил вас спросить у меня? – вспыхнула я.
