Мирабелла Вествик становится студенткой факультета ведовства. Её тихая атмосфера сменяется ожесточённой борьбой и чародейством, когда она знакомится со стражами закона — ведьминскими ректорами. Попав в мир магии и заговоров, студентка готова покорить вершины знаний или стать легендой, но лишь найдя баланс между правилами и собственным сознанием....
– Потому что надо было поступать под своей фамилией, – ответил Зефир, заставив меня осознать, что я ворчу вслух. – Отказалась от своего имени – взяла чужую судьбу.
– Папина фамилия – тоже моя, – возразила я.
– И тем не менее родилась ты Мирабеллой Зирафель, а не Вествик.
– С каких это пор ты такой суеверный? – хмыкнула я, но моя улыбка пропала, когда Зефир вдруг задумчиво нахмурился.
– Вспоминаю всё больше. Какие-то места, отдельные фразы Беллы … Она говорила часто про силу имени. Да хоть у некромантки своей спроси!
Дейзи сидела за столом ко мне спиной, деликатно делая вид, что не слышит моих реплик Зефиру.
– Раньше то, что моя связь с Беллой оборвалась, было главной причиной для всех заявить, что она мертва. Но если она в другом мире или на их пересечении… Это может всё объяснить.
Я встрепенулась.
– То есть ты тоже веришь, что она может быть жива?
Он кивнул.
– Я всегда верил. Белла не из тех, кто просто умирает. И мне кажется, – он оживлённо перебирал лапками, – я бы почувствовал, если бы она умерла, даже в ином мире. Белла ещё будет с нами, я уверен!
– Если… когда, – поправилась я. – Когда мы найдём маму и вытащим в наш мир, чьим ты будешь фамильяром?
Мы озадаченно переглянулись. Зефир почесал лапкой макушку.
– Если честно… Я никогда не задавался этим вопросом. В истории не так часто случалось, что мёртвый возвращался с того света и претендовал на своего фамильяра, знаешь ли!
Я засмеялась и подхватила его на руки.
– Ну тогда нам с мамой придётся за тебя драться!
Он смешно зафыркал, а я зарылась носом в шелковистую шерсть. Как всегда, при контакте с фамильяром, я почувствовала спокойствие и уверенность в том, что всё будет хорошо. Но робкий голос Дейзи разрушил эту иллюзию.
– Время, Мира. Вам пора к ректору идти…
Она смотрела на меня так виновато, что мне становилось неуютно. Я ободряюще коснулась её плеча.
– Дейзи, перестань, – сказала я мягко.
Обычно спокойная некромантка вдруг подскочила со стула. Её глаза горели возмущением, руки сжались в кулаки.
– Я должна быть там, с вами! Это нечестно, что вас накажут, а я…
– Ты сидела всю ночь в кладовке! Это ли не наказание?
Кажется, мои слова возымели эффект. Дейзи недовольно сдунула со лба непослушную прядку и медленно кивнула."
"Дверь распахнулась, и в комнату влетела разноглазка.
