Автор
Мама наклоняется над дочкой, поправляя бантик на ее голове. Тоня требовательно тянется за рукав матери, жалуясь на отсутствие папы. В это время их племянница Антонина оглашает соседнее окно: сегодня Света празднует седьмой день рождения и переходит в первый класс. Мама и муж зовутся детьми, они вместе ждут праздника, но не видят другого родителя - ведь он пропал несколько месяцев назад....
– Но я тут причем? Ты хотя бы представляешь, он назвал меня старухой! Мало того, что разорался тут, как у себя дома, так еще и нагло заявил мне в лицо, что его мать, дескать, его от тебя родила. Что ты его отец, Антон! Ты хотя бы представляешь, какими опилками мать ему голову задурила?
Несмотря на гнев, муж прислушивается к своей матери, но будто не верит. Даже головой отрицательно качает, не желая признавать то, что она говорит.
– О чем ты, мам? Семен мне не сын. Я проверял.
Последнее утверждение он говорит опрометчиво, сам того не желая, и явно чертыхается, и я прикусываю щеку, чувствуя солоноватый привкус во рту.
На языке так и вертится вопрос, когда он делал тест ДНК?
До нашей свадьбы?
Перед рождением близнецов?
Или после смерти брата, когда вдруг решил заменить его в постели Фаины?
– А Фаина-то знает, что ты проверял отцовство?
Свекровь щурится, а Антон кидает на меня взгляд, явно не желая обсуждать это при мне. Но я не проявляю чудеса такта и продолжаю стоять. В конце концов, это мой дом.
– Нет, – вынужденно отвечает Антон, когда его мать продолжает требовательно сверлить его взглядом.
– Ты бы рассказал ей, а то она уже Семену показала липовый тест ДНК, где черным по белому написано, что ты – отец Семена. Он в это верит и столько гадостей мне наговорил! Я воспитывала его, столько вложила в него, а он мне такой нож в спину?!
Ее голос повышается, и она уже экспрессивно машет руками, пытаясь дать понять, как сильно оскорблена, а вот я удивляюсь ее способности переворачивать всё с ног на голову.
Если бы я рассказала Антону о произошедшем, он бы не поверил и лишь обвинил бы меня в том, что я пытаюсь оговорить его Фаину и вернуть его в лоно семьи, но мама для него – святое, и к ее словам он хоть и не всегда, но прислушивается.
Но не в этот раз.
– И зачем ей это? – усмехается он и складывает на груди руки. – Семену уже двадцать четыре, так что это ничего не изменит. Я так и так ухожу к Фаине.
– Чтобы нас рассорить, Антон, зачем же еще? И ей это уже удается, – сразу же отвечает Евгения Петровна. – Семен уже выставил меня змеей, которая разрушила жизнь его матери. А я что плохого сделала? Я приняла ее с ребенком в семью и слова не сказала, что родила сына не пойми от кого, да еще и вне брака. За сына своего позволила выйти замуж! И что получаю взамен? Мало того, что сын ее на меня кидается, так еще и ты из семьи ради этой гюрзы уходишь.
