Боже, она не ожидала, что секс будет звучать так эротично. Когда ее веки опустились, она услышала его прерывистое дыхание, тихий скрип кровати, шорох простыни, когда он слегка передвинул руку.
С каждым толчком и отступлением ей становилось все жарче и жарче. Как и ему. Совсем скоро его скользкая кожа лихорадочно загорелась, а дыхание сбилось в короткие мучительные вдохи.
— Марисса?
— Да, — выдохнула она.
Она почувствовала, как его рука скользит между их телами.
— Кончи для меня, детка. Я хочу почувствовать, как ты кончаешь.
Он начал поглаживать ее, не прекращая неспешные толчки внутрь. Через секунду молния, зародившаяся в ее естестве, взорвалась, вырывая ее из собственной кожи, — оргазм пригвоздил ее к нему последовавшими судорогами.
— О… да, — прохрипел он. — Ухватись за меня. Это мне и нравится… черт."
"Наконец ослабев, она в изумлении открыла глаза и обнаружила, что он смотрит на нее с совершенным благоговением… и с более чем слабой озабоченностью.
— Это было хорошо? — спросил он.
— Потрясающе. — Облегчение, скользнувшее по его лицу, вызвало боль в ее груди. — А потом она кое-что поняла. — Погоди… что насчет тебя?
Он тяжело сглотнул.
— Мне бы хотелось кончить в тебя.
— Так и сделай.
— Много времени мне не потребуется, — едва слышно проговорил он.
Когда он снова начал двигаться, она тихо лежала, впитывая ощущения его тела.
— Детка? — резко спросил он. — Все нормально? Ты совсем не двигаешься.
— Я хочу знать, что ты чувствуешь?
— Рай, — прошептал он в ее ухо. — С тобой — это рай.
Он опустился вниз на согнутые руки, его тело, твердое и тяжелое, начало яростно двигаться на ней. Она развела ноги так широко, как это было возможно, ее голова скользила по подушке вверх-вниз в такт его рывкам.
Боже, он был силен.
С соблазнительным ощущением того, что она имеет на это полное право, Марисса провела руками по его сгорбленным плечам, потом вниз по выгибающемуся позвоночнику к тому самому месту, что внедрялось в нее. Она точно знала, когда пришло его время. Ритм его толчком стал настойчивее, время между проникновениями уменьшилось, скорость нарастала. Яростные движения заставили отвердеть все тело, подающееся вперед-назад, об остановке уже не могло быть и речи.
Дыхание вырывалось из его рта, лаская ее плечо; пот, выступавший на его теле, стирался о ее кожу. Когда его рука схватила ее за волосы и сжала их в кулак, она почувствовала укол боли, но не обратила на него внимания — он поднял голову, глаза его были зажмурены, словно он переживал острейшие мучения.
А потом он вообще перестал дышать. Вены выступили под кожей шеи, когда он закинул голову назад и зарычал.