Автор
«В первом рабочем дне я поняла, что работа не для меня и стала заложницей общественных мнений о женщинах. Это стартовый шок и интерес к собственной истории. Постепенно начинаешь осознавать: каждый новый день — это новый вызов, а не самоуверенность или трусость. Как в модных журналах запрещают делать, я решила открыть дверь своей страсти и начать новую страницу в жизни через книги и статьи о личностном росте женщин»...
Схватить свою ручку (единственное, что было в кабинете мое). И убраться подобру-поздорову.
Не навались на меня такое количество неожиданностей, я бы сообразила. Диагнозов психиатрических в амбулаторной карте пока не числилось. Но суетливость Кузьмича, моя растерянность, бардак вокруг… Шансов не было.
Как овца на закланье, я вышла на улицу. Перекинула сумку через плечо. Повернулась к дороге. А больше делать ничего не пришлось.
Госпожа Удача снова обнажила филейную часть, и рядом со мной остановился джип. Дорогой. Красивый.
Глава 4. Хочется… Не перехочется
«Неандертальцы знали толк в общении с женщинами.
Дубина и пещера значительно упрощали знакомство и экономили время».
Энциклопедия женской мудростиЭдВ моей жизни бывало всякое. В порыве страсти получал леща или отпечатки зубов на плече. Порой спину на британский флаг полосовали. Иногда случались и побеги.
Но не такие!
Бабы убегали от меня только хорошо оттраханными! Счастливыми! И на бегу строчили сообщения с местом и временем следующего сеанса.
Уйти без трусов и не покатавшись на члене не удавалось пока никому!
Думать о том, что теряю сноровку, было больно. Больно везде. И внизу, где все уныло опустилось. И между ушей, где извилины аж гудели от перегрева.
Не знаю, можно ли дойти до депрессии от такого динамо, но выяснять, к счастью, не пришлось. Сразу после полета кукушки… Тьфу!.. Вылета птички в кабинет ворвалась Лиля.
– Эдуард Павлович… Вы… Вы…
Моя женщина-робот хватала ртом воздух, а в зрачках читалась паника.
– Я! – рявкнул так, что стекла в шкафчике звякнули.
– Что вы с ней сделали?! – Лиля все же забыла о тормозах.
– С твоей Леной я не сделал ничего! Совсем ничего! – Пожалуй, в конкурсе на самое печальное признание появился претендент на первое место.
– Я видела, как она убегала. Лена даже не попрощалась со мной.
– А ко мне какие претензии?
– Эдуард Павлович… – Лиля вдруг всхлипнула.
Она снова всхлипнула, не договорив.
– Тоже сложены?
– Нет. Готовы. Мы три года моря не видели. Дальше Финского залива в выходные никуда. Где я вам другую замену найду за полдня?
Глаза за стеклами очков аж покраснели. Вероятно, вот-вот должны были политься слезы. Отличное продолжение утра! Пощечина, потоп. О том, что может произойти дальше, даже думать не хотелось.
