В Varя затаила дыхание — Арина уже ложится спать, но Варя все еще крадучись перебирает бумажные пакеты с магазина детских товаров. И только когда Арина просыпается от шума, она чувствует облегчение и радость, заключенную в этих тонких посланцах детьми и родителями. Варя знает, что это — начало нового дня с новыми надеждами на семейные вечера и новые воспоминания о спящем мире вокруг них....
Мы подходим ближе, и Леша выдвигается навстречу. Идет спокойно, глядя на нас ровным взглядом.
Мама делает вид, что не замечает его.
– Добрый день, – здоровается Денежко.
– Привет, – бормочу под нос.
– Здрасте, – отзывается она таким тоном, словно это он виноват во всех наших несчастьях.
Впрочем, Лешка ее грубость игнорирует и обращается напрямую ко мне:
– Кое-что обсудить нужно.
– Сейчас?..
– Тебе неудобно?
Я смотрю на маму, потом на него, и киваю.
– Подождешь немного? Я помогу детей в квартиру поднять.
Взгляд Лехи тут же упирается в коляску. Темный, тяжелый, как грозовая туча. По нему не понятно, какие чувства и эмоции он испытывает. Я разучилась их читать.
– Моя помощь требуется?..
– Нет!.. – выпаливаю сразу, но мама меня перебивает.
– Коляску поднять нужно. У отца спина болит тягать ее туда-обратно.
– Мы сами, – говорю Лешке, но он не отвечает.
Стоя чуть поодаль, смотрит, как мама достает и ставит на ноги Арсения, а я – Рому. По привычке взявшись за руки, они оба глядят на отца снизу вверх.
Как острые иглы холодный воздух вонзается в мое горло. Я столько раз представляла моменты их первой встречи, но ситуация вышла из-под контроля уже на старте. Все должно было происходить не здесь и не так. Не при таких обстоятельствах и не в такой эмоциональной тональности! От разочарования и беспомощности хочется реветь.
– Идем, – зовет мама, и мы все вместе заходим в подъезд.
Леха, сразу разобравшись, как это делается, складывает прогулочную коляску и поднимает ее на третий этаж.
– Поговори с ним, – шипит она тихо, словно он сможет услышать нас, – Пусть платит за квартиру.
– Нет, мам…
– Он обязан помогать!
– Он ничем не обязан!.. Он не виноват в том, что… все так вышло…
– Тогда я сама ему скажу!
– Не смей вмешиваться! – проговариваю жестко, – Это наши с ним дела и не чьи больше! Никто не имеет права решать за нас!
Мама, ахнув, мгновенно краснеет от злости. Мне становится стыдно, но только на секунду.
– Ну, и дура!
Пусть так.
Убедившись, что дальше она справится без меня, я выхожу в подъезд и быстро сбегаю по ступенькам. Лешка, ожидая меня, сидит в машине. Совсем как раньше, не учитывая того, что как раньше уже никогда не будет.
Я убираю выбившиеся из хвоста волосы от лица, запахиваю полы расстегнутой куртки и, глядя себе под ноги, иду к темно-серому седану.
