Автор
Бриджит смеется, отшептывая злобные ругательства, прерываемые хохотом. Ее смелый вызов к хозяину оживает волны желания и нежности, создавая изощренную атмосферу, где каждое движение взаимности - мгновенное разрушение границ.
– Хотя некоторые заседания парламента довольно… – Утомительны. Нагоняют сон. Так скучны, что я предпочла бы наблюдать, как сохнет краска, – многословны.
Никто не любит слушать собственные речи так сильно, как министр, которому дали слово. И удивительно, как мало можно сказать, используя так много слов.
К сожалению, в обязанности монарха входило посещение парламентских сессий как минимум раз в неделю, и дедушка подумал, мне будет полезно ознакомиться с процессом.
С тех пор как я вернулась в Эльдорру, мои дни наполнились встречами, событиями и «королевскими уроками» с самого пробуждения и до отхода ко сну.
Проклятие. Сердце сжалось, и я заставила себя отбросить мысли о бывшем телохранителе.
Смешок Эдуарда вернул меня в реальность.
– Дипломатично. Парламент – совсем не то, к чему ты привыкла, но он неотъемлемая часть правительства, и королева должна поддерживать с ним хорошие отношения… именно поэтому я и пригласил тебя сегодня. – Он сделал паузу, а затем сказал: – На самом деле я хотел обсудить три вещи, начиная с Андреаса.
Недоумение смешалось с тревогой.
– Моего кузена Андреаса?
– Да. – Лицо Эдуарда исказила легкая гримаса. – Он пробудет во дворце несколько месяцев. Должен приехать во вторник.
– Что? – Я быстро взяла себя в руки, но не раньше, чем дедушка нахмурился из-за нарушения приличий. – Зачем он приезжает? – спросила я уже спокойнее, хотя совсем не была спокойна. – У него же свой дом в городе.
Андреас, сын покойного брата моего деда, принца Альфреда, был – как бы потактичнее выразиться – полным и законченным засранцем.
К счастью, он переехал в Лондон, чтобы окончить университет, и остался там. Я не видела его много лет и ни капельки не скучала."
"Вот только теперь он не только возвращался в Эльдорру, но и собирался жить с нами во дворце.
Лучше пристрелите меня.
– Он решил навсегда вернуться в Эльдорру, – осторожно сказал Эдуард. – Заняться политикой.
Я ни на секунду не поверила в этот предлог. Мы с Андреасом никогда не ладили, и мысль о его участии в политике вызывала у меня желание поскорее уносить ноги.
В отличие от большинства конституционных монархий, где королевская семья оставалась политически нейтральной, Эльдорра приветствовала ограниченное участие монархов в политике.
