Ее запах, ее дыхание следовали за ним попятам, мешая сосредоточиться. Тело горело от предвкушения и желания, которое мучало с самой ночи, пока он лежал в одиночестве на конюшне. И он все еще не утолил его.
Не удержавшись, он остановился и окликнул Кэла, как раз вовремя появившегося рядом. Сделав вид, что занят разговором, он искоса поглядел через плечо, ловя взглядом ее образ. Опустив голову и сцепив руки перед собой, она остановилась чуть поодаль, смиренно ожидая пока он покончит с делами. Ее понурый вид заставил его нахмуриться и внимательного посмотрев, он удивился тому, что не заметил, насколько бледной и хрупкой она выглядела. В памяти вспыли слова Коллума, от которых он отмахнулся еще вчера. Теперь же, глядя на нее, он понял, что именно озаботило мужчину.
Не желая быть свидетелем того, как она свалится на пол, он коротко попрощался с Кэлом, и приблизился к свободному месту за длинным деревянным столом. Усевшись, он небрежно кивнул Еве на место у своих ног.
Ева послушно шла за ним, не смея поднять головы, но услышав его слова, остановилась. Она ослышалась? Разве она имеет право сидеть там, где положено находиться женщине, имеющей за собой мужчину, желающего заботиться о ней. Но только не тем, кто должен был разносить еду.
— Я… — заикнулась Ева, но тут же осеклась, почувствовав недовольный взгляд Одина.
Неужели, она и правда должна выполнить его приказ?
Нерешительность отразилась на ее лице, пока она осматривала место, на которое мужчина указал ей. Ей не верилось, она сможет сделать это. Ведь даже находясь в лучшем состоянии чем сейчас, ей было тяжело опускаться на столько низкие места, подобные этому. Не было никакой опоры для рук, просто небольшое свободное пространство у ног Одина.
— Живее, — прорычал Один. Побледневшее лицо маячило перед ним, невыносимо раздражая и он уже был готов силой усадить ее на место.
Ева сжала кулаки и заставила себя опуститься на колени. Прижав ладонь к холодному каменному полу, она стиснула зубы, надеясь, что ей не придется просидеть здесь слишком долго. Чувствуя, что Один не сводит с нее глаз, она поспешно наклонила голову, скрывая от всех лишенное каких-либо красок лицо.
Недовольный тем, что она отвернулась от него, Один резко выпрямился и протянув руку, схватил ее за длинные волосы.
— Больше не смей так делать. — прошипел он, грубо притянув к себе.
Ева вскрикнула и схватила его за руку. Ошарашенная таким резким движением, она могла только смотреть в ледяные глаза, в которых не было ни капли жалости. Сомневаясь, что сможет вымолвить хоть слово, она, собралась с силами и кивнула, показывая, что согласна с его словами.
Удовлетворенный ответом, Один слегка расслабил хватку, но так и не отпустил ее.