Автор
В темноте коридора я замечаю свет фонаря, проникающий сквозь запертую дверь спальни. Затем почувствовала, как тепло руки нежно целует меня в шепелявом мурлыканье. Время на циферблате отсчитывается до полутора часов - так долго я не был вне работы. Я выскочил из лифта и посмотрел на часы, решив передумать, но уже слишком поздно — дверь закрылась за мной....
Я против таких сложных манипуляций. Это может навредить ребенку.
— Тогда после рождения сделаем. Если окажется, что ребенок мой, то я его признаю.
Мария делает паузу и подходит ко мне вплотную:
— Ты знаешь, что до рождения и еще три года после ты обязан обеспечивать и меня и ребенка, — её интонация становится мягкой.
— Не бойся. Голодной не останешься. На жизнь хватит, — говорю с ней жестко.
— А еще до рождения ребенка нас не разведут.
Да, малять! От злости кровь начинает закипать. Что, если она врет и просто оттягивает момент развода?
— Значит придется подождать? — отвечаю, сдерживая ярость.
Мария хмурится, но не отступает.
— Ты думаешь, я вру? Я же не полоумная, — она смотрит мне в глаза. — Это наш ребенок, Влад. Твой. И мой, — Мария переводит взгляд, и я чувствую, что здесь что-то не чисто.
Дарья"
"Утро понедельника. Как я его «люблю»! Осознание того, что день только начинается, а уже приходится мчаться на работу, добавляет стресса и усталости.
Морозный зимний ветер пронзает до костей, когда мы с Сашкой стоим на остановке, ожидая автобус. Мороз неприятно щиплет за щеки, словно тысячи мелких иголок прикасаются к коже. Вдыхая холодный воздух, я ощущаю, как он леденит легкие.
