Автор
В столовой неприятный тост: мясо без морковки и соленые огурцы. Невестка пытается извлечь хоть какое-то удовольствие из ситуации, но ей не удаётся скрыть грусть. Выходя на улицу, я вспоминаю заказанный салат — не тот, который ожидала невестка, а Московский, чего и сказать неловко. Маркус, внук, предлагает попробовать что-нибудь ещё, но это не Оливье. Кровь бы хлынула......
Но это надменное лицо, эти красные лоснящиеся губы, которые она снова нарисовала, эта неприлично выпяченная грудь. Все это так не похоже на меня, так вульгарно, что я все еще не верю в то, что только что случилось в кладовой."
"Ну не может мой муж быть с этой женщиной!
Не может и все тут!
Но он был. А главное, там была я, и видела все собственными глазами.
Я иду по узкой дорожке между рядами стульев, и, видит Бог, почти прохожу мимо Эммы, как вдруг слышу:
- Ой, только не уроните салатницу, пожалуйста. Будет очень неловко.
Ну, зачем? Зачем эти игры в злую любовницу и эксцентричную дуру жену? Ведь мы обе не такие. А главное, зачем я ведусь на все это? Останавливаюсь. И с размаху переворочаю таз с оливье на брюнетистую голову. Кто-то верещит, кто-то ругается матом, кто-то ржет и снимает нас на телефон. Наверное, более умелый ведущий, смог бы разрулить эту ситуацию, но наш зачем-то выключает музыку, после чего все замолкают.
Эмма закрывает ладонями лицо и убегает из зала, но никто даже не поворачивает головы в ее сторону.
А я на своего мужа.
Выражение лица Стаса становилось все более холодным и пугающим. Сейчас мне даже немного страшно, что я сделала такое. Может и правда, нужно было молча уйти, или притвориться больной? Точно. Мозг подкидывает что-то такое, и прежде чем я успеваю обдумать сказанное, произношу:
- У меня очень болит голова. Я поеду домой.
Глава 2
Если бы не Юрка, все бы и дальше сидели как на поминках. Он первым сориентировался, выбежал на сцену и принялся рассказывать, как начиналась работа Теплокомплекса.
На экране возле сцены мелькают фото фирмы с офисом на кухне нашей коммуналки. Со снимка на меня смотрят два чудесных парня. У Юры уже тогда зачем-то были усы, отрастил он эту прелесть после первого развода. У него с Наташей все горело и дымилось: яркий, студенческий брак, веселая компания, ссоры, примирения и вот ты просыпаешься в комнате общежития, среди грязной посуды, без денег и жены.
Наташка ушла к состоятельному мужчине. Продавцу овощей с рынка.
На этом фоне наши со Стасом отношения выглядели совсем иначе. Взрослыми. Мы сразу сняли комнату в коммуналке, устроились на подработки и планировали пожениться, когда встанем на ноги. Коленька ускорил процесс, и в ЗАГС я шла уже с приличным животом и в платье, которое мне одолжила соседка.
