Автор
В столовой неприятный тост: мясо без морковки и соленые огурцы. Невестка пытается извлечь хоть какое-то удовольствие из ситуации, но ей не удаётся скрыть грусть. Выходя на улицу, я вспоминаю заказанный салат — не тот, который ожидала невестка, а Московский, чего и сказать неловко. Маркус, внук, предлагает попробовать что-нибудь ещё, но это не Оливье. Кровь бы хлынула...
Поплывшее вдруг лицо, неожиданно наступивший климакс, последствия которого не помогали глушить таблетки, выпадающие от стресса волосы и попа, которая не влезала ни в одни штаны. И все это на фоне страха за свою жизнь, и мыслей об удалении не аппендицита, не зуба мудрости, и не камня в желчном, а матки!
И я просто… сломалась. И глядя на мужа, начала испытывать не страсть, а что-то другое. Благодарность, наверное. Или тихую грусть.
Наверное, мне стоило быть более активной, но вместо этого я закрылась и убедила себя в том, что это нормально для нашего возраста. Что Стасу больше не двадцать, и он не хочет делать «это» каждую ночь. Что объятия тоже прекрасны. Что мы друг друга зато понимаем, и у нас есть замечательный сын, а потом и внук. Что мы прожили вместе достойную жизнь, родили ребенка, построили дом, посадили не одно дерево, а целый сад, что завели хороших друзей и теперь можем вместе ждать приход старости. И что в браке нормально вот так любить, но не хотеть друг друга.
Оказалось, что я была не права, и Стас все-таки хотел, просто не меня.
Глава 19
- Рит, я в туалет, посторожишь вещи, - шепчет на ухо Карина, и тем самым вырывает меня из грустных воспоминаний. Вздрагиваю, перевожу плывущий взгляд со стены на подругу, и моргаю. Веки тяжело опускаются вниз, до того я устала. Сейчас бы вызвать такси и поехать домой, в кровать, но становится как-то неловко. Это же я всех сюда тащила.
- Вещи, - глупо повторяю за Ким.
Она о чем-то просила, но вспомнить бы о чем.
- Вещи, говорю, посторожишь, - повышает голос Карина, и на этот раз ее слышу не только я. Оля обиженно поджимает губы.
- Ну, вы серьезно? Здесь очень приличное место, никто не тронет вашу сумку. Идите, писайте себе на здоровье!
Карина хмыкает:
- Спасибо, что разрешила."
"И бросив на меня красноречивый взгляд, в котором так и читалось «ну и молодежь пошла», Ким боком протискивается между диваном и столом к выходу. Я еще пару секунд слежу за ее пишущей восьмерку попой и ухмыляюсь. За огромным круглым столом сидит компания молодых мужчин и те смотрят на Карину, чуть ли шеи не сворачивают, а когда понимают, что перед ними не их сверстница, а зрелая женщина, смешно пучат глаза. Как лягушата. Какие-то слишком знакомые лягушата…
- Маргарита Сергеевна, - окликает меня Оля, - вы пропустите, пожалуйста? Я на улицу подышать, а то тут так душно.
И схватив телефон, Оленька дергается вслед за Кариной.
Конечно, без мобильника дышать никак не получается. Я понимающе качаю головой.
