Автор
Женщина-хирург олицетворяет чуждую упрощенную красоту. Она уверена в своей уникальности и готова бросить вызов общественным стандартам, отказавшись от развода даже по собственному согласию. Атмосфера книги — это смесь страстной ненависти к предрассудкам и надежды на то, что все изменится однажды....
- Какие у тебя могут быть дела? — Я была уверена, что Макар всё-таки умеет держать себя в руках, научился, с возрастом стал хладнокровнее. Видимо не всегда это работает. Ладно.
- Макар, это мои дела, тебя они не касаются.
- Нет, в конце концов это... Ты моя жена!"
"- Неужели? Позволь тебе напомнить, что ты сам об этом забыл!
- Мы сейчас здесь будем это обсуждать, да?
Герман с шумом выдыхает, закрывая лицо рукой.
- Продолжайте, не стесняйтесь, в конце концов... не в первый раз.
- Я ничего не буду тут продолжать.
- На столе в кабинете? - не могу не съязвить я. — Карине привет большой.
- Какая же ты...
- Кто?
- На работе я работаю!
- Да, да, Макар, я видела! Мы все это видели.
- Ах так, да? Хочешь это обсудить? Хочешь услышать правду?
Правду? Он серьёзно? Что ж...
- Да, Макар, очень хочу. Именно тут, в присутствии адвоката!
- Я от тебя устал! Ты меня душишь! Всем! Своей правильностью, этой холодностью, строишь из себя.
- Макар Владленович, я бы всё-таки вас попросил не переходить грань. В ваших же интересах. — резко осаживает Герман.
- Ты меня давишь, Ада, - не унимается мой мух, - ты не даешь мне развиваться. Ты всё время хотела вылепить из меня кого-то другого, понимаешь? Я не сопротивлялся, мне казалось, так лучше, проще, пойти у тебя на поводу, но... Чёрт.
Я устал, понимаешь? Устал от всего. Эта гонка за баблом. За успехом. Это постоянное желание что-то доказать.
- Я не понимаю, Макар, ты меня сейчас в чем обвиняешь? В том, что ты успешный мужик?
- Вот! Слышишь себя? Вот! Ты опять понимаешь всё по-своему!
- А как мне еще понимать? Ты сам себя слышишь?
- Так, дорогие мои, я вынужден просить вас меня извинить, но у меня через десять минут другая встреча...
Смотрю на Германа, чувствуя негодование. Он что же, собирается меня выставить?
Мы вообще-то еще ничего не обсудили! И какого хрена Макар ворвался? Почему его в приёмной не остановили? Что-то мне подсказывает, что это был какой-то хитрый ход Крестовского.
- Пойдём, Макар, не будем мешать людям работать. Возможно, найдем более простого юриста для твоей, - снова подчеркиваю, - фирмы.
Герман смотрит на меня наклонив голову.
- Да, Ада, пойдём... Что-то я устал от этого цирка.
- Неужели?
Макар у меня, конечно, тот еще... фантазёр. Устал он.
