Автор
Утро начала было шокирующим — как купюра попала мне в руки и кто ее отдал. Я невольно улыбнулась, наблюдая за взрослостью девочки, но сердце колотилось сильнее при виде банкноты принадлежащей мужу. Девочка насупилась, однако ответила вызывающе: "Папа дал, это его карточка."...
Арина хмурила брови и смотрела на меня, а я вдруг невольно занялась тем, что начала искать в ее внешности черты схожести с Димой. И что вообще мне в голову пришло?
– Ладно, – решила она. – Только ненадолго. Мама быстро выспится, я знаю.
Я продолжала улыбаться, но делала это натянуто. Спящая в соседнем помещении женщина, которой было плевать на собственных детей, не вызывала у меня ничего кроме злости и отвращения. У меня под сердцем, как я надеялась, жил мой малыш, и я уже знала – не позволю ничему плохому с ним случиться!
– Договорились, – согласилась я, распрямляясь.
В пиццерии поняла, что и Арина, и Стасик бывают в таких местах довольно редко. Что же там еще и за отец такой у них, интересно? Раз уж оставил детей жить с пьющей матерью, но при этом, судя по приличным кроваткам и игрушкам, наверняка участвовал в их судьбах, мог бы и почаще забирать их к себе. Или выгуливать, скажем, в кафе или парках аттракционов.
– Так, мы будем Маргариту, еще детскую пасту фарфалле со сливочным соусом, две порции, пожалуйста.
Я заметила, что у них глаза разбегались, когда они смотрели разноцветные фотографии блюд, однако выбрали себе еду скромно – маленькую пиццу и сок. Так что пришлось мне проявлять инициативу и брать все в свои руки.
– А ваша мама… – начала я, подбирая слова, чтобы дети не закрылись.
И Стасик, и Арина только-только начали оттаивать. По крайней мере, уже не выглядели такими расстроенными и насупившимися.
– Она… ну, быстро перестанет пить? Сможет вас накормить завтра? – спросила я. – В холодильнике много продуктов. Их вам папа принес?
Арина кивнула.
– Папа.
Она взяла салфетку и стала складывать из нее кораблик.
– А готовить я и сама умею. Так что мы не пропадем.
О, в этом я уже не сомневалась, но все равно сердце было не на месте.
"– То есть, мама ваша так и продолжит пить? – задала я вопрос, приподняв бровь. – И давно она так?
Стасику было годика три, эта женщина что, пила даже во время беременности?
– Нет, – помотала головой Арина. – Недавно. Она хорошая была… То есть, она и сейчас хорошая. Только папку сильно любит, а он женат на другой. Вот она и пьет, чтобы забыться. Так мама сказала.
Я кашлянула, скрывая волнение, которое меня охватило.
