Автор
Утро начала было шокирующим — как купюра попала мне в руки и кто ее отдал. Я невольно улыбнулась, наблюдая за взрослостью девочки, но сердце колотилось сильнее при виде банкноты принадлежащей мужу. Девочка насупилась, однако ответила вызывающе: "Папа дал, это его карточка."...
Нет-нет! Не нужно думать о карточке и ее владельце! Не нужно…
– Поэтому они с ним и ругаются? Мама просит вашего отца, чтобы он жил с вами? – предположила я.
Арина склонила голову набок и ее пронзительный взгляд, казалось, стал смотреть в самое мое нутро.
– Вы такие вопросы задаете, – размеренно сказала она, – но даже не назвались.
– Таня… Меня зовут Татьяна, но вы можете звать меня тетя Таня. А как зовут вашу маму?
Девочка так и продолжала смотреть на меня, словно рентгеном просвечивала. И думала, думала, думала… Я так и видела, как в ее прелестной головке происходит усиленная работа мысли.
– Яной. И да, ругаются они поэтому… Ну еще недавно ссорились, когда папа телефон мне новый купил, а мама забрала и кнопочный свой дала.
В подтверждение своих слов, Арина достала из кармана озвученный мобильник и продемонстрировала мне. Он действительно был кнопочным и очень-очень старым.
– Но она не со зла. Мы гуляем много без присмотра взрослых, его могли украсть, – добавила Арина.
– Ну а бабушки и дедушки? Есть у вас хоть кто-то? – продолжила я свои расспросы.
Сама не понимая, что стало причиной тому, что я настолько погрузилась во всю эту историю, я, тем не менее, гнала от себя мысли о том, что Арина могла сказать правду по поводу своего отца. Это никак не вязалось у меня с историей нашей совместной жизни с мужем. Когда мы познакомились десять лет назад, он рассказывал, что расстался со своей предыдущей партнершей чуть ли не за два года до встречи со мной. Соответственно, к моменту отношений Дима уже был вне парадигмы прошлой связи.
– Есть бабушка, она живет далеко в деревне, мы к ней иногда ездим, – ответила Арина. – А еще дедушка Леша, но он забирает нас нечасто.
