Автор
В детстве Рори воспитывалась одному папе бездомным ребенком. Теперь она взросла и уже не знает границ своих чувств после многочисленных отношений с разными мужчинами, каждый из которых оставлял на ней тяжелые шрамы. Но вспышки прошлого не уничтожают её теперешний мир – она снова нашла себя и любовь, идущую от мамы Рори, но уже взрослой, сильной и властной женщиной....
Рисунок какой-то замысловатый проглядывался.
Подыгрывала мужу лишь потому, что мне нравилось наблюдать за его причитаниями.
Моего грубого, постоянно занятого мужчину заботили неровности потолка. Это ли не удивительно?!
Марат редко позволял себе отвлекаться на мелочи.
Буквально через несколько месяцев семейной жизни я поняла – только мне под силу переубедить его, заставить сменить свою точку зрения.
Часто пользоваться такой привилегией было нельзя. Только в крайних случаях, иначе можно лишиться права быть значимой.
За последние годы весомый повод повлиять на решение мужа появился только раз. Я им воспользовалась и нисколько не жалею.
Рука сама собой к животу тянется. Мне постоянно хочется к нему прикасаться. Поглаживать малыша. Мы так долго его ждали…
Быть может, в этом всё дело? Марат мог устать ждать, когда его бракованная жена сможет забеременеть. Но разве это повод так сильно меня обижать?!
– Как ты себя чувствуешь? – никаких улыбок, никаких приветствий.
Марат появляется неизвестно откуда.
Подошел так бесшумно, что я вздрагиваю.
Нависает над кроватью.
Выглядит даже более крупным, чем обычно. Мощный. Опасный.
Хмуро на меня смотрит.
Усмехаюсь и прикрываю глаза.
Как же больно…
Я всегда знала, что наглость у мужа зашкаливает, но раньше проблемой она мне не казалась, напротив, в своё время эта его черта мне жизнь спасла.
– Я с тобой разговариваю, – матрас по правую сторону от меня прогибается, Марат опускается на край кровати. – Ты меня испугала. Объяснись, – ощеривается.
Обычно так он разговаривает с подчиненными. Да с кем угодно, но не со мной!
Ещё сегодня утром всё было не так. Излишней нежности муж никогда не проявлял, за редкими исключениями – в постели, но его заботу я во всем ощущала.
Когда мы ругались, Марат неизменно первым шел на примирение.
Сейчас от него веет холодом, да таким, что до костей пробирает.
Искательно смотрю на него, рассматриваю мужественное лицо. Даже сейчас, после всего, что случилось, он кажется мне самый привлекательным мужчиной на свете.
– Напомни мне, почему я должна тебя слушать? Если ты забыл…
– Прекрати! – прерывает меня угрожающим тоном. – Ты никогда не была идиоткой! Зачем сейчас притворяешься? Не стоит меня выводить из себя, – показательно резко снижает интонацию.
Плотно сжав челюсть, приподнимаюсь на локтях, стараясь сесть. Голова всё ещё кружится, движения даются с трудом.
Марат не из тех, кто просто отстанет.
