Автор
Мужчина хмурится и грубо заявляет о своем желании развестись. Видя его решимость, девушка не знает, как отреагировать, не желая терять самообладания. Ее дрожащие руки с салатницей напоминают о том, что любовь - это не только слова, но и действия.
— Я вышел месяц назад и занялся твоими поисками. Ты же не думала, что я спущу тебе с рук такое? Нашел — спасибо старому знакомому, подсобил. Кстати, его фамилия Орлов, он попросил передать привет. Вы не знакомы, но ты, как я понял, знаешь его сына. Между прочим, я далеко не единственный, кто тебя ищет. Но я успел первым. Ладно, что-то я отвлекся. В общем, нашел я тебя и что узнал? Что ты преспокойно жила красивой жизнью, пока я сидел на нарах. Несправедливо, не находишь?"
"И Марков-старший резко отпустил мое горло и умолк.
И вот теперь я здесь. В этой машине, которая везет меня навстречу... чему?
Страх липким комом встает в горле, и я не могу сдержать всхлип. Амбал рядом даже не шевелится: для него я, похоже, просто посылка, которую надо доставить.
Проходят часы. Бесконечные, мучительные часы.
За тонированными стеклами сменяются пейзажи: город остался позади, потом тянутся какие-то промзоны, лесополосы... В итоге мы и вовсе едем по какому-то бездорожью.
Когда машина наконец останавливается, у меня такое чувство, будто я прожила целую жизнь в этом кожаном плену.
Испуганно озираюсь и понимаю, что вокруг на много километров нет ничего, кроме полей и деревьев.
Это что же, меня на одном из них и закопают?
Из глаз сами собой рвутся наружу жгучие слезы.
Амбал выходит из машины, обходит ее сзади и открывает дверь, рывком вытаскивая меня наружу.
— Нет! Отпустите! Не надо! Пожалуйста! — кричу истошно, лягаю его ногами, но ему хоть бы хны.
Мой крик эхом разносится в воздухе, и с ближайшего дерева с громким карканьем срывается стая ворон.
В конце концов я обреченно затихаю в руках амбала.
Бороться бесполезно. Бежать тоже. Да и некуда.
— Дальше пешком, — угрюмо сообщает мужик.
— В лесу прикопаете? — хриплю.
В ответ молчание.
Мы — я и охрана из двух охранников — идем по тому же подобию дороги, по которому недавно ехали.
Хотя какая разница, какой умирать — чистой или грязной…
Слезы все так же бегут по щекам — безостановочно, будто у меня внутри их целая бездонная бочка.
Не знаю, сколько времени проходит, но в итоге мы оказываемся… у маленького дерева, из трубы которого идет дым. Ощущение, что дом сделан из говна и палок — того и гляди, развалится.
