Автор
Впервые за год я проснулась в хорошем настроении. Внутренний голос предостерегает, но страшные воспоминания о лжи и предательстве мужа все равно вылезают из глубин моего разума. Вот это начало — один проступок, и моя семья рушится под лавиной обмана.
Все два часа с полным удовольствием отдаю себя творчеству. И потом гордо демонстрирую Стасу результаты своих трудов…
А вот занятие, на которое я еду сегодня, в среду, мне приходится прикрывать рисованием.
И ведь на самом деле я ничего зазорного не делаю.
Просто посещаю обучающие семинары по современным методам макро- и микроэкономического анализа. Но…
Любимому мужу сказать правду не могу. Знаю: она ему не понравится.
Он и так гасит на корню все мои попытки обсуждать с ним тему “Хочу работать!”
- “Нет! Не может быть и речи! Жена Станислава Дурнева не будет работать!” - всегда получаю один и тот же ответ.
Последний наш разговор меня, вообще, поверг в шок.
- Мила, хватит ерундой страдать! - Стас злится, повышает на несколько тонов громкость своего голоса и жестко рубит, обрывая меня на полуслове. - Ну какой из тебя аналитик? Ты после института и дня не работала. Что ты можешь продемонстрировать потенциальному работодателю? Какие у тебя есть заслуги? Правда, кое-что ты научилась за пять лет делать неплохо…"
"На последней фразе Стас принимает в кресле расслабленную позу.
С многозначительным выражением лица раздвигает широко ноги.
Манко, облизывая губы, расстегивает ремень.
Медленно, как стриптизер, расстегивает зиппер ширинки.
Картинно приспускает брюки. Засовывает левую руку в боксеры.
Хлопает по-хозяйски правой рукой по подлокотнику.
Памятуя о словах свекрови, что надо предугадывать и выполнять пикантные желания мужа, нежно улыбаюсь.
Грациозной походкой, мягко качая бедрами, подхожу к нему.
Пристально глядя мужу в глаза и облизывая губы, расстегиваю пуговки блузы.
Делаю глубокий наклон, демонстрируя нарядный кружевной бюстик и упругие полушария второго размера.
После присаживаюсь между его ног. И…
Делаю то, на что он недвусмысленно намекает. Но…
Все время радуя мужа и слушая его стоны и пошленькие словечки, я думаю о своем: “Хорошо, что Стас завелся. Сейчас получит разрядку и пока будет расслаблен, мне удастся все же поговорить с ним и получить его согласие.” Увы и ах…
Мои благие намерения приводят лишь к очередному витку напряжения.
- Ты что специально испытываешь мое терпение, Мила?
- Стас, ты забываешь. Я была лучшей на курсе и закончила университет с красным дипломом, - выдвигаю свои главные аргументы.
- Ага, помню я. Ты все время к Машке своей бегала с заданиями, контрошами, рефератами. Да, вероятно, если бы не подруга твоя, то фиг с два ты бы красный диплом получила, - бьет меня наотмашь моими же благими намерениями муж.
