Автор
Добро пожаловать в аэропорт... Не дослушав, отвлекаюсь на резко заплакавшую дочь. Пассажир спереди резко оборачивается и бросает на нас свой презрительный взгляд. Здесь начинается история о двух судьбе, разорванных судом судеб, где любовь превращается в ненависть, а дочь становится заложником семейных ссор и мести....
С дико колотящимся сердцем я с невероятным трудом поворачиваюсь к нему. Сдерживаю вскрик, потому что его веки прикрыты, а на груди растекается кровавое пятно. Когда пуля бьет в автомобиль, я от ужаса замираю. И впервые радуюсь, что детей уже увезли. Но что если мы не выживем? Ни я, ни Динар? Что будет с нашими тремя маленькими детьми?
Наконец выстрелы прекращаются, и я могу слегка отодвинуть Динара и посмотреть на его умиротворенное лицо. Нет-нет-нет. Я хотела развод, хотела понять, каково будет жить без него. Злилась на то, что он сделал, но я не хотела, чтобы он умирал.
— Ясмин, что…
Рядом приседает Рустам, осматривает Динара, чертыхается и командует залезать в машину.
— А… можно?
— Угроза ликвидирована, — звучит незнакомый голос за моей спиной.
Мазнув взглядом по мужчине, успеваю заметить высокий рост, широкие плечи и густую бороду на лице. И экипировку, от которой кровь стынет в жилах.
— Всех нашли? — интересуется Рустам.
— Почти. Давида Багирова взять не получилось, — говорит незнакомец.
Давида? Того самого Давида, который собирался взять меня в жены? Это он здесь все это устроил?
Мне внезапно становится страшно. От слов этого мужчины о том, что его взять не получилось. Значит, он на свободе? Он там где-то ходит и, возможно, планирует новое нападение. Как ему духу хватило пойти на такое? А папа? Папа знает, что человек, который должен был управлять его бизнесом, планировал перебить его семью? Дочку и внуков?
— Ясмин, в машину, — настойчиво подталкивает Рустам.
Я забираюсь на переднее сиденье, машинально пристегиваюсь, хотя на самом деле мне просто нужно делать хоть что-то, чтобы не сидеть на одном месте и не думать. Не думать о том, что на заднем сиденье лежит мой бывший муж с окровавленной грудью.
Рустам садится за руль, заводит двигатель и выруливает с территории на трассу. Сам он выглядит не лучшим образом, и, когда он разгоняется, мне вдруг становится страшно, что мы можем не доехать. Что он может потерять сознание и врезаться в другой автомобиль, которых тут, несмотря на довольно позднее время, предостаточно.
— Выдохни, Ясмин, — тихо говорит Рустам. — Я в порядке. Динар, думаю, тоже будет. Доедем до больницы, узнаем.
— Тут неподалеку есть больница, на следующем повороте.
— Туда нельзя, — мотает головой. — Нас уже ждут в другой. Там, где не будут задавать лишних вопросов.
Я бы и рада не задавать лишних вопросов, но их в голове скопилось столько, что я не могу пересчитать.
