Автор
Стас вернулся домой раньше времени, но жена уже ушла на пляж. Супруги обсуждают их недавнее расстояние, когда Дашка начинает рассказывать о своих переживаниях за время отсутствия. Воздействие атмосферы накаляется, напоминая о глубоких чувствах и неожиданных перемен в отношениях....
— Даша! — снова прогремел отец, — а ну-ка хватит!"
"Я продолжала брыкаться:
— Пусти меня! Я ей сейчас покажу…
— Все! Довольно! — он встряхнул меня так сильно, что чуть язык не прищемила, — уймись!
Я замерла, тяжело дыша и хлопая глазами, а он, по-прежнему удерживая меня за плечи, обратился к Марине:
— Ты как?
— Пусть она уйдет, — хныкала подруга, забившись в угол, — я ее боюсь.
— Сама вали! Пап, скажи ей! Пусть эта проститутка катится в ту дыру, из которой выползла!
— Дарья! Хватит! — с этими словами он перехватил меня под один локоть и почему-то потащил к выходу.
Меня. Не ее.
Через несколько секунд мы уже оказались на лестничной площадке, а Марина осталась в квартире. Отец плотно прикрыл дверь, будто боялся, что я сейчас ринусь обратно и выдеру остатки волос у этой курвы.
— Почему эта тварина еще здесь? — я набросилась на него, — ты должен выкинуть ее! Пинком под жопу!
Я продолжала лютовать, а отец как-то устало сдавил пальцами переносицу. Потом тихо, но твердо произнес:
— Никто.
Меня будто кипятком окатило. Я опешила и, с трудом хватанув ртом воздух, спросила:
— А как же мама?
— Мы с твоей мамой разводимся. Она должна была тебе это сказать.
— Она и сказала. Только я не поверила, потому что это бред!
— Это не бред, Даша. Мы разводимся.
Вокруг внезапно исчез весь кислород. Я задыхалась, а отец смотрел на меня с сожалением, но твердо:
— Возвращайся домой, Даша.
Это неправда. Это не могло быть правдой. Не могло…
— Папа, очнись! Она же все специально подстроила. Отрабатывала на тебе маркетинговые приемы. Ловила тебя на те дурацкие фотки!
Он досадливо поморщился.
— Она не следовало рассказывать тебе об этом. Но в любом случае… тебя это не касается. Ни фотки, ни все остальное.
— Касается! Она обманула меня, притворилась подругой, а на самом деле использовала. И тебя она тоже обманывала! Или ты думаешь, что пока ты эти стремные фотки рассматривал, она сидела дома и блюла целибат? Она шлялась, пап.
— Не надо мне ничего показывать, — прогремел он, перехватывая мою руку, когда я полезла в телефон, чтобы найти в соцсетях Марининых кавалеров, — мне все равно кто у нее был и когда. Я ее люблю.
Это как нож с размаху и в самое сердце. Я даже дышать перестала.
