Автор
Стас вернулся домой раньше времени, но жена уже ушла на пляж. Супруги обсуждают их недавнее расстояние, когда Дашка начинает рассказывать о своих переживаниях за время отсутствия. Воздействие атмосферы накаляется, напоминая о глубоких чувствах и неожиданных перемен в отношениях....
Только сглотнула громко и надсадно и прохрипела:
— А маму, нет? Не любишь?
— Конечно, люблю. Как давнего друга. Я к ней очень хорошо отношусь и благодарен за прекрасные годы, которые мы провели вместе, но ты должна понимать, что благодарности недостаточно для продолжения семейной жизни. Наш брак изжил себя.
Я отказывалась верить в то, что слышала. Хотелось зажать уши ладонями и визжать, чтобы заглушить его напряженный и в тоже время уверенный голос.
Кое-как удерживая себя на грани истерики, надрывно спросила:
— И когда ты это понял? До того, как начал пялиться на Маринины откровенные фотографии или после?
— Да отстань ты от этих фотографий! — рассердился он, — Я уже сказал, что тебя это не касается.
Между нами будто загорелась красная линия, по одну сторону которой он и его новая личная жизнь, а по другую – бывшая семья.
— Как ты можешь, пап? — просипела я, — ты подумал, каково маме сейчас? Как ей больно от твоего предательства?
Он как-то разом осунулся, но не отступил:
— В жизни всякое бывает.
Справимся? Да у меня прямо сейчас отмирали целые куски души:
— А про меня ты подумал? — жалко всхлипнула я, — подумал, что буду чувствовать я…когда ты променяешь нас на мою «подругу».
Отец тяжко вздохнул:
— Ты уже взрослая, Даш. Я тебя вырастил и теперь имею полное право заниматься тем, что нужно мне.
— И тебе нужна Марина?
— Да. Мне нужна она. Знаю, тебе тяжело это принять, но я ее люблю.
— А если не приму? — не скрывая горечи, я смотрела на родного человека, который теперь стремительно отдалялся.
Он громко выдохнул:
— Что ж…значит, так тому и быть. Я свой долг перед тобой выполнил – вырастил, обеспечил старт. Дальше сама.
— Сама?
— Да, Даш. Сама. Ты не сегодня-завтра сама замуж выскочишь и упорхнешь из родительского гнезда.
