Развод по-королевски: В зале царит натянутая тишина, разрыв которой прорезает лишь громкий голос королевы. Она заявляет о своем решении отречься от прав на трон и отказаться от всего личного имущества. Лорд Эрхард пытается восстановить спокойствие, но атмосфера загадочна и напряженна, будто сам дворец дышит затащенной тайной....
Видимо для него я навсегда останусь малышкой Адри и, похоже, поэтому бывший паладин не побоится уложить на лопатки любого, кто попытается меня обидеть. Даже Лиама, если тот попадётся ему на глаза.
Глава 11
* * *Даньян Рагваргский
Странно, но лёжа почти у ног бессовестного старика, который прятал под полами своего плаща меч наёмника, и той, что когда-то меня отвергла, я… не испытывал ни капли стыда. Действительно странно. Привитая гордость лордов никак себя не проявила, позволяя ощутить лишь толику досады (слишком расслабился и пропустил такой банальный выпад), да холод снега, спешащего добраться до спины через меховой нагрудник.
Мой наставник точно побагровел бы от ярости, если б узнал, как позорно мне довелось запятнать его честь. Столько сил, времени, а так же муштровки за миг стёрлись подлым трюком. Однако даже мысль о суровом, осуждающем взгляде самого пугающего воина всего Росдона ничуть не выбила меня из кокона спокойствия.
Сморгнув с ресниц упавшую на них с неба снежинку, я чётко осознал, что… сам заслужил эту подножку. Малодушное желание хотя бы немного уязвить Адрианну пересилило врождённую сдержанность, потому мне и довелось наткнуться на достаточно агрессивную защиту со стороны её неожиданно неродовитого деда.
Вот только, как ещё мне вести себя подле женщины, которая восемь лет назад… сочла меня недостойным своего внимания. Ну да, зачем ей “всего лишь” великий лорд соседней страны, если у её ног уже был будущий король Илруна. Правда, если говорить, положа руку на сердце, то даже будь я на месте старшего брата и правил Росдоном, Адрианна всё равно не взглянула в мою сторону — слишком была ослеплена светлым образом Максимилиама.
Стоило подумать об этом, как в груди завозилась досада. Потому решив, что я достаточно повалялся на земле, едко хмыкнул над сложившейся ситуацией, и поднялся на ноги. Гадкий старик ответил на моё спокойное отряхивание от снега кривой усмешкой, а Адри… она осталась собой. По крайней мере, такой, какой я её помнил.
