Автор
Оля встретила меня после двух лет после развода. Встреча в зимнем сумраке, снег и холод придают атмосферу тяжести и меланхolie. Сердце до сих пор болит от дырки, оставшейся после последнего разговора. Пахнет паленым, вкус пепла на языке вспоминается каждый день.
– Ты неправа. Ты не ужасный человек. И никто не заслуживает такого. Но я понимаю, как тебе сейчас тяжело.
– Ох, Кречетов, только не надо на мне свои психологические штуки практиковать.
Несмотря на одежду, ложусь с ней. Пусть хоть что мне говорят, мне нужно ее обнять, а Ольге нужно почувствовать рядом близкого человека. Иногда объятия помогают больше, нежели слова.
– Тогда просто поспи, Оль. Анализом займешься потом.
– Ты не уйдешь?
– Нет. И ты больше не уходи. Я умереть был готов, когда ты дверь закрыла.
глава 34
Оля.
– Проходи и будь как дома. Впрочем, ты и есть дома, – Макс говорит обеспокоенно, и, даже не смотря ему в глаза, я знаю, что бывший муж волнуется. Сама волнуюсь, чувствую себя не в своей тарелке.
– Спасибо, – растягиваю губы в подобие улыбки, ведь улыбаться мне совсем не хочется.
Медленно разуваюсь и снимаю куртку. Макс так близко стоит, и я явственно ощущаю его желание мне помочь. За руку придержать или, вообще, сапожки снять. Но он отчего-то не решается.
– Мне нужны будут кое-какие вещи… – говорю, нервно теребя край кофты.
Я была в квартире у Кречетова уже несколько раз, мы даже занимались сексом вот на этом самом диване, и на кухне, и в спальне.
А сейчас… что-то изменилось. В какую-то пленку меня замотали и поставили в угол за всем наблюдать. Истошно хочется вопить и кричать, чтобы разрезали эту удушающую штуку вокруг моего тела.
– Я все привезу. Ты только скажи, что именно. И ключи мне дай.
Киваю, параллельно вспоминая, порядок ли у меня дома и прибрано ли. Отчего-то это кажется важным.
– Ты, наверное, прилечь хочешь? – с заботой спрашивает.
А мне тошно, я чувствую себя слабой и одинокой, искалеченной. Его эта забота только раздражает.
– Или поесть? Оль, ты скажи…
– Мне ничего не нужно, – довольно грубо отвечаю и тут же жалею.
Опускаю свой взгляд на руки, которые сцеплены в замок, а я и не заметила. Стою вся напряженная, точно удара жду.
– Извини. Я не хотела… Пожалуй, я бы что-нибудь съела, – примирительно улыбаюсь, когда мышцы лица как у паралитика, еле-еле приходят в движение.
Мне не хочется быть ему обузой, выносить мозг из-за плохого настроения, но и без него сейчас тоже не могу. Какой-то невидимой нитью переплетены, которая сил мне придает, когда еще вчера я, изнывая, пялилась в больничный потолок.
Макс отвлекается на входящий звонок, а я прохожу в спальню и новым взглядом осматриваю комнату.
Кречетов без вопросов забрал меня к себе из больницы, а я, ничего не спрашивая, села к нему в машину.
