Автор
Оля встретила меня после двух лет после развода. Встреча в зимнем сумраке, снег и холод придают атмосферу тяжести и меланхolie. Сердце до сих пор болит от дырки, оставшейся после последнего разговора. Пахнет паленым, вкус пепла на языке вспоминается каждый день.
Потому что мы разные. Возможно, осознав это, мы не ругались бы и не спорили до потери пульса раньше.
– Я видела внизу аппарат с кофе. Вам принести? – медленно поднимаюсь и вопросительно смотрю на женщину.
Кречетова не ожидала участия с моей стороны. И это минус. Мне. Точнее, той Оле, которая так и не смогла найти общий язык с родителями любимого человека.
– Если можно.
– Сахар? Сливки?
– Два сахара и немного сливок. Так нежнее, – с легким кивком уточняет.
Скомкано улыбаюсь и спускаюсь на первый этаж за кофе.
Возвращаюсь с двумя картонными стаканчиками и усаживаюсь на свое место. Чувствую себя поуверенней и посвободнее."
"– Наверное, мне перед вами нужно извиниться… За прошлое, – опустив взгляд говорю.
Я долго собиралась с мыслями, чтобы это сказать. К слову, извинения не всегда вылетают легко и быстро. Иногда нужно действительно осознать, за что именно ты извиняешься. В чем твоя вина?
– И ты меня извини, – устало говорит.
Между нами повисает неловкость и молчание. Но внутри я чувствую, как упал груз какой-то недосказанности и обид. Словно одним махом разрубила узел, который стягивался многие годы. Дышать легче. И смотреть в глаза свекрови тоже стало легче.
Потом не знаю, что именно меня толкает, но я рассказываю про нас с Максом. Как мы встретились на мероприятии, как начали встречаться, как решили снова быть вместе, потому что по-другому не получилось. Порознь намного хуже, нежели вместе.
Рассказываю все о своих чувствах, о своих планах и переживаниях. Оставляю за пробелами только историю с Ксенией.
Макс приходит через полчаса.
Мы с Елизаветой Павловной одновременно встаем и устремляем свои испытывающие взгляды на мужчину. Вижу, как бледнеет свекровь, теребит ремешок сумки и поджимает губы.
– Вы не переубивали здесь друг друга? – спокойно говорит.
Мы выдыхаем и с натягом улыбаемся.
– У отца случился микроинфаркт. Ему уже лучше, он под наблюдением.
– Так и знала, его эти просмотры боевиков до добра не доведут. Вечные стрелялки, пугалки, – причитает.
Макс обнимает мать, гладит по спине, пока та снова плачет. Он прекрасно понимает, что дело не в фильмах, но дает матери высказаться, выплеснуть свои переживания.
– К нему можно? – спрашивает, чуть успокоившись.
– Нет. Нужно разъехаться по домам. Мы придем завтра и увидим его.
Елизавета недовольно взмахивает руками и что-то бормочет.
