Автор
Оля встретила меня после двух лет после развода. Встреча в зимнем сумраке, снег и холод придают атмосферу тяжести и меланхolie. Сердце до сих пор болит от дырки, оставшейся после последнего разговора. Пахнет паленым, вкус пепла на языке вспоминается каждый день.
Скорее всего, я накручиваю себя, но, мне кажется, то, какие переживания варятся у меня внутри, те же испытывает и Кречетов.
Приподнимаюсь на мысочки, втягивая еще больше его запаха. Четко очерченные мужские губы как магнитом привлекают к себе. Раньше я любила обводить их по контуру. Максу было щекотно, он отрывал мои руки от себя, а я смеялась.
– Оль…
Шумное дыхание касается кожи и скользит по влажной от слез щеке.
Плохо отдаю себе отчет в происходящем, меня будто напрочь лишают возможности думать и анализировать.
Тянусь к его губам и целую. Хотя больше подходит слово – примыкаю.
Внутри клокотать начинает, трещать, взрываться. Потоки крови наполняются какой-то необъятной силой, опасной.
Господи, что я творю?
Мгновенно в память врезаются наши ночи, свидания, поцелуи на последнем ряду. Как Макс делал мне предложение, как в поход с ним ходили с палатками, наша первая совместная поездка на море, встреча Нового года, сюрпризы.
Все это тоннами наваливается на меня, и я не выдерживаю.
Мы сливаемся в жгучем поцелуе. Как в дурман окунаемся. Нет прошлого, нет будущего. Только он и я. Остальное перестает для меня существовать. Боль, тоска, одиночество бесследно исчезают из поля моей видимости, и я наглухо запираю перед ними дверь.
Просто хочу сейчас быть с ним, с моим бывшем мужем. Эгоистичное желание, невозможное.
Губы Макса соскальзывают с моих и проходятся вдоль шеи, останавливаются на подбородке, кончиком носа проводит по щеке, вбирая мой запах.
– Не уверен, что сейчас это правильно, – резко оттолкнувшись от меня, говорит.
– А что тогда правильно, Макс?
Целых две секунды мы смотрим друг на друга каким-то потерянным взглядом.
А потом снова яростно целуемся, заставляем сердца выпрыгнуть из тел от ударов друг о друга.
глава 13
Оля.
Макс обхватывает меня руками за голову, что я не в силах ее повернуть. Мои губы под его тотальным контролем. Он напористо, влажно обхватывает их, а язык ласкает рот.
Сердце устало биться так часто и иногда делает смертельный кульбит, останавливается. Затем заводится снова, когда я жадно хватаю тяжелый воздух, скопившейся вокруг нас.
Мы двигаемся по комнате в каком-то танце с одним известным только нам ритмом. Задеваем стул, полку с книгами.
