Автор
Вероника оказалась в центре семейного конфликта, когда её отношения с мужчиной вызывают недовольство. Появление других людей и предательства порождают напряжение между членами семьи. Назревает конфликт вокруг лжи и невысказанных чувств.
Отец тоже развлекался!
— Пап! — она всхлипнула в трубку, — Вероника не пришла!
— Чего, куда? — не понял Николай. У него в голове были совсем другие мысли, и так сходу понять истеричные претензии дочери он был не в состоянии, — Ты о чем?
— У меня вообще-то представление! — выкрикнула она, — ты забыл, что ли?!
Он шумно выдохнул. Школьная самодеятельность – это вообще не то, что он держал в памяти. Там были сделки, цифры, договора и мужские разговоры, а не вот это вот. Такой фигней он не занимался раньше, и сейчас тоже не собирался вникать.
— Марин, давай ближе к делу. Меня ждут.
— Ты не слышишь, что ли?! — она уже чуть ли не рыдала, — Вероника не пришла.
— И что? — он никак не мог понять в чем проблем.
— Она обещала. Для меня это важно. Я всем сказала, что она придет, а у нее какая-то вечеринка.
Ланской сжал переносицу и глухо спросил:
— Чего ты от меня хочешь?
— Позвони ей, — капризно потребовала дочь, — и скажи, чтобы немедленно собиралась и приезжала в школу! Слышишь? Она обещала, и она должна быть здесь! Обязана! Немедленно! Раз она меня не слушает, скажи ей сам. Пошли за ней водителя!
От обиды Марина была готова визжать и топать ногами. Ее трясло, и по накрашенным щекам ползли злые слезы.
Да как она вообще посмела променять ее выступление на какие-то свои гульки? Разве это нормально?
— Пап, скажи ей! Пускай все отменяет и приходит!
— Все, не мороси, — раздраженно сказал Николай, — я сейчас позвоню ей.
Ему только этих истерик под вечер не хватало. Извинившись перед мужиками за то, что приходится отвлекаться, он вышел в коридор.
Какого черта он вообще должен заниматься решением этих сопливых проблем? Это его раздражало, но Веронике он все-таки позвонил. Потому что ни про какие вечеринки она его не предупреждала.
Николай злился. Больше на Марину, чем на Веронику, потому что капризы дочери порядком утомили. Эта ее манера – вынь да положи – все чаще вызывала раздражение. Вроде уже взрослая, не маленький истеричный ребенок, голова должна быть на плечах, а все туда же.
Еще Ланского раздражало, что сейчас он был вынужден окунуться в какие-то никчемные проблемы, до которых ему в принципе не было никакого дела. Подумаешь выступление в школе. Это ведь, по сути, такая хрень, что о ней все забудут на следующий же день. Кому какая разница кто там играл Пятачка, а кто Калрсона. Ну или что там у них заготовлено в репертуаре? Эта просто детская самодеятельность, и он искренне недоумевал зачем ему сейчас все это знать.
