Внизу одно за другим проносились селения. Я боролся с болью из последних сил. Крылья уже не держали, и я понял, что не долечу. Спланировал над дорогой и…
Рухнул."
"Я пролежал без сознания какое-то время, а потом прохладный ветер, подувший в лицо, вернул меня в чувства. А вместе с тем вернулась и боль. Во всём теле. Потрогал висок и обнаружил кровь. Рёбра резануло острой болью от шевеления — кажется, сломаны. Дышать тяжёло, задыхаюсь. Трясущимися пальцами я потянулся к карману и достал артефакт — главное, что злополучная вещь на месте.
Выдохнул.
Снова боль обожгла.
Воздуха критически не хватало. Я хрипел, задыхаясь.
Ничего, Асгард скоро обнаружит меня и сделает с артефактом то, что не успел я…
Но…
Ледяные волны накатывали и душили. Вот так, бесславно сдохнуть, не выполнив долг. Один. Без семьи. Жестокий тиран — таким меня запомнят. Да и запомнят ли?
Моё проклятие не иметь детей — я ведь всю жизнь от него бежал. Пытался доказать, что я не проклят. Что мужик. Рано женился на Летиции, потом выбрал самую совместимую со мной женщину — но так и не получил наследника. Я вынужден признать, что я проиграл. Я проклят, и продолжения не будет.
Если бы можно было всё отыграть, выбрал бы я что-то иное? Нет… Тогда было без шансов — или Дитрих меня прикончит, или я его. Демон хрипел, предлагал перейти на его сторону, но я отказался. И тогда Дитрих, находившийся в теле моего отца, сумел наслать проклятие, отрезавшее меня от силы рода. Я стал бесплодным. Бесплодным до появление ласточки…
Дыхание становилось всё тяжелее, и перед глазами уже стало темнеть. Последние мои мысли обратились к моей любимой. Анна. Никого я так не желал, как эту женщину. С ней я ожил, она одна нужна мне. Моя близкая, родная, сладкая. Я был настолько ослеплён жаждой получить сына — долгожданная беременностью Меделин вскружила голову, и я не разглядел того, что действительно было важно — любимую женщину, бестелесную душу, прилетевшую ко мне, для меня. Мою пару! Анна была послана для меня — я чувствовал. Истинная. Единственная. Метки пары не появились после проведённой ночи — это объяснимо — мой дракон отравлен. Но она моя пара — это точно. Моя женщина.
Она сбежала от меня, как от огня. Выбрала Эдуарда!
Р-р-р, увидеть бы ещё хоть раз тебя, моя девочка — сказать тебе, как я глубоко сожалею, что обидел тебя. Свою истинную. Я сожрать себя был готов.
И погибнуть вот так, в одиночестве, в муках совести — именно этого я и заслужил.
Хрип, вместо дыхания.
Недолго осталось.
С дороги послышался скрип повозки.
— Там, кажется, кто-то лежит, — раздался грубый мужской голос.
И голос этот я узнал — это же старый боевой соратник полковник Гройс, потерявший в боях память, но потом излечившийся, а теперь он женат на леди Элеоноре.