Автор
В суде: Тесная комната застынет в напряженной тишине, когда верховный судья, даже на его жалобном свете, выглядит нелепо. Ваша Светлость — это не просто формула слов, это холодная истинность, окрашенная злорадством в глазах подсудимой. Здесь нет милосердия, лишь жестокий упрек и гнетущая надежда на бесконечное продолжение этой трагической истории....
Взамен, вы будете жить в моём особняке, — произнёс Брайден с такой непринуждённостью, будто предлагал выпить с ним по чашечке чая на летней веранде.
Как предсказуемо и наивно было надеяться на удачу! Я горько усмехнулась, стараясь скрыть острое разочарование, разливающееся внутри холодной волной."
"— Это крайне невежливо, лорд Соррэн, — процедила я с ледяной улыбкой, однако внутри всё сжималось от досады. Видела бы сейчас меня леди Грэй — похвалила бы, назвав прилежной ученицей. Ей никогда не было равных в искусстве держать лицо.
Я осеклась на полуслове, ощутив, как земля уходит из-под ног. Слова застряли в горле, а в глазах Брайдена промелькнуло то, что я боялась увидеть — триумф.
В один миг я поняла: попалась в ловушку, сама выдала себя с потрохами. Щёки обожгло жаром, но я стиснула зубы, чтобы не показать, насколько глубоко задета.
— Поистине неуместно, — легко согласился мой новый знакомый, и уголки его губ дрогнули в едва заметной усмешке.
Лорд Соррэн сделал шаг ближе, сокращая расстояние между нами до возмутительно неприличного! Рядом с ним я ощутила себя загнанной в угол мышкой!
— И всё же я настаиваю на своей просьбе. Я умею хранить секреты, мисс Грейчёва.
Вот же влипла! Каждое слово Брайдена било в цель, как удар хлыста — точный, рассчитанный, не оставляющий шанса увернуться. Я отчётливо ощущала, как моя хлипкая защита трещит по швам под напором его уверенности и превосходства.
— У меня есть где жить — дом мисс Бишоп, — возразила я, используя свой последний козырь. Вот только во взгляде лорда мелькнуло что-то, заставившее меня похолодеть.
— Дом гувернантки леди Грэй непригоден для жилья, — произнёс он с такой уверенностью, будто был свидетелем нашего последнего разговора с Мариэллой.
Но этого никак не может быть!
Он что, видит меня насквозь? Умеет читать мысли?
— Однако я могу заняться его починкой. Как только он будет готов к проживанию, вы сразу же в него переедете. Если, конечно, сама захотите.
Чувство беспомощности накрыло меня с головой, словно ушат ледяной воды морозным утром.
