Предпочитаю верить в то, что его слово и его метка на моей руке весят больше, чем кольцо и бумажки о брачной церемонии.
Да и потом, большой вопрос, хотела бы я вернуть обратно свой статус? Навечно связать себя с этим сложным мужчиной? Жить в напряжении и постоянно дрожать?
Из-за метки истинности мне больше не сбежать и не спрятаться. И раз так, то разве не разумней и проще выполнить его просьбу, подарить ему сына и отойти в сторону?
Растить детей, пусть и под присмотром дракона, но в спокойствии и безопасности? Не скрываясь и не таясь? Слова Рэйвена, его обещание не обижать меня, оно ведь именно это и подразумевало? Это не поражение, а перестройка на более выгодные для обороны позиции, если говорить на военном языке.
Горячие пальцы дракона по-прежнему обхватывают мою шею. Дыхание Рэйвена касается моего виска, движется к завитку уха. Вторая ладонь дракона ложится на мою талию, затем смещается на мой живот, который я судорожно втягиваю.
— Мелли, — низкий вкрадчивый шёпот окутывает меня, обволакивает тёмным дурманом.
Его пальцы, удерживающие шею, медленно движутся вниз, сдвигают край халата, проникают под сорочку. Медленно, неотвратимо и нежно. И эта его непривычная нежность окончательно путает.
— Аах! — втягиваю воздух приоткрытыми губами, когда губы Рэйвена касаются моей шеи.
В месте его прикосновения кожа будто вспыхивает огнём. Осторожное касание его губ и языка, вместе с колючей бородкой поднимают внутри дикий шторм. Соски каменеют и чувствительно ноют, внизу живота разрастается давно забытое томление.
Халат невесомым шёлком скользит вниз, падая к ногам. Потолок вдруг качается, а в следующий миг я оказываюсь у Рэйвена на руках. Инстинктивно обхватываю его мощную шею, всматриваюсь в его жёсткое лицо. Вертикальные зрачки дракона расширены, и зажжённые канделябры отражаются в них жёлто-красными бликами.
Кажется, на моём лице читается испуг, потому что уголок рта дракона поднимается вверх:
— Не бойся. Держу крепко и больше не отпущу.
Отвожу взгляд. Фокусируюсь на его смуглой шее в вырезе белоснежной рубашки.
Ловлю себя на мысли, что не совсем понятно, о чём он говорит — о настоящем или о будущем. И если второе, то это звучит скорее, как угроза. Пусть лучше будет про первое — договариваюсь мысленно с самой собой. А спрашивать вслух не хочу.
— Мелли? — Рэйвен настойчиво зовёт меня. — Посмотри на меня.
