Автор
Снежный шторм усилился, и Лера долго искала свою машинку среди вихревого заслона снега, который превратился из рябых кружечек в однообразную белую завесу. Подумав о том, что быстрее бы доехать без аварий, она наконец поставила на заднее сиденье покупки и уехала домой. Напряженная атмосфера ночи добавлялась к этой простоте в движении — все вокруг казалось тихим и пустым, словно мир замер под непроницаемым покровом снега....
Стёпа буквально вырвал из моих рук телефон, потому что забыл свой у нас дома."
"Малыш не отпускал Кира минут десять, всё расспрашивал о Шарике и рыбках, а ещё хвастался тем, как здорово он сыграл свою роль, как тепло нас встретили зрители и надарили много цветов и конфет. А один дядя Лер Санне подарил красивый букет роз и поцеловал руку. Что ответил ему Кир, не поняла, он очень быстро завершил разговор.
Я даже подумала, всё было, как раньше, по-семейному: радостно, тепло и непринуждённо.
«Эх, если бы не тот телефонный разговор, который я перехватила…», — снова резануло по душе.
— А что тебе ответил Кирилл Александрович? — не удержалась и спросила Стёпу.
— Он сказал, вот и прекрасно.
Конечно, чего же плохого: жене дарят цветы. Это так льстит мужскому самолюбию.
Ещё через некоторое время в дверь нашего номера постучали.
* * *Ожидаемо на пороге стоял улыбающийся Макс и снова с букетом роз персикового цвета. Клонирует он их, что ли? Или закупил фуру с цветами, потому не жалко подарить несколько десятков в память о нашей дружбе.
Я не сомневалась: Макс непременно явится, только не знала когда.
И время выбрал как нельзя кстати: Стёпа убежал к ребятам в другой номер. Почему-то у него не получалось скачать какую-то популярную игру на моём смартфоне, который он не выпускал из рук, а от меня ждать помощи не приходилось, ибо играми я не увлекалась никогда и вообще не понимала, что в них хорошего.
Я точно знала: Макс пришёл за ответом.
Но он вряд ли его устроит — в этой истории с изменой мужа ясным стало одно: мне никто не нужен. Если не останусь с Киром, то тогда вообще — ни с кем. Однако как это объяснить Максу, чтобы не обидеть его, не представляла.
Наверняка ведь подумает: пока был нужен, использовала, как хотела, даже как-то ночью вызвала, а сейчас решила вытереть ноги и пойти дальше своей дорогой.
Ну что ж, пусть думает, как ему захочется: я решила, больше его в свою жизнь не пущу, никого не пущу. Устала.
— Лерчик, ты почему такая напряжённая? — усмехнулся Макс, когда вошёл в номер и попытался поцеловать, но я увернулась.
Я и раньше чувствовала, понимала, как ему трудно держать себя в руках и отстраняться от меня всякий раз, когда, вероятно, хочется иного.
