Автор
Ксюша смотрит на оживленное шоу, где ее муж принимает сладкие комплименты публики. Ее сердце колотится от злости и ненависти к этому человеку, который построил свою жизнь вокруг своей карьеры, вместо того чтобы быть рядом с семьей. Теперь она вынуждена присутствовать на этом мероприятии, несмотря ни на что....
— Не хочешь — значит, мы не будем этого делать. Насколько я знаю, есть другой способ, неинвазивный, с помощью крови матери.
— На такое я согласна, — отвечаю тут же.
— Ты доверяешь мне заняться этим? Я бы очень хотел как можно скорее узнать, чей это ребенок, — улыбается широко. — Всегда мечтал о сыне.
— Хорошо, Иман, тогда так и поступим.
Мы остаемся в ресторане. Мужчина расспрашивает меня о моем состоянии, интересуется, нужно ли мне что-то. Сам рассказывает о том, как давно мечтает о сыне и очень бы хотел, чтобы этот ребенок был его и чтобы это был мальчик.
Обратно едем в молчании, мне неловко обсуждать свою беременность при водителе.
Иман провожает меня до квартиры, помогает занести цветы внутрь, хотя мне очень бы хотелось выкинуть к чертям этот букет — он слишком сильно пахнет.
Амаев быстро раскланивается и уезжает, а я тут же уношу цветы на балкон, потому что запах невыносим.
Принимаю душ и ложусь спать, по уши накрываясь одеялом. Несколько раз проверяю телефон — а вдруг звонил Кир.
Вот и вся твоя любовь, Кирилл.
Глава 32
Кирилл
— Ну, как вы сегодня себя чувствуете? — спрашивает врач.
Она примерно моего возраста, может чуть младше. Красивая, ухоженная шатенка, видно, что следит за собой. Умная, сочувствующая.
Когда меня привезли сюда, я плохо ориентировался в пространстве. Все тело было будто бы чужим, не слушалось.
Я сам виноват, знаю. Виноват во всем от начала и до конца.
После того, как я ушел от Ксюши, ноги меня понесли куда-то. Помню, что бродил по ночным улицам города. Шатался бездумно и бесцельно. Потом пришел в себя в какой-то подпольной рюмочной, где надирались такие же, как и я, — никому не нужные отшельники.
Не отдавая себе отчета, жрал мерзкий коньяк, от которого жгло все нутро. Когда нажираться надоело, поплелся на улицу. Это последнее, что я помню.
Очнулся я в палате. Только вот ощущения были такие, будто я не очнулся, а воскрес.
Надо мной склонилась Алла Игоревна, та самая шатенка, и нежно улыбнулась.
Винить водителя смысла нет — я был пьян и буквально вывалился на проезжую часть, естественно, в неположенном месте. Водитель, таксист в возрасте, не успел среагировать, и меня подбросило в воздух, а приземлился я уже на встречке. Слава богу, пустой.
