В мозгах поселяется слишком плотный розовый туман, и мне нужно время, чтобы изгнать его оттуда.
Но я солгу, если скажу, что мне не нравится это состояние. Наоборот. Слишком нравится. Иногда ловлю себя на том, что не дышу рядом с Громом, так страшно потерять это ощущение. Знаю, что рано или поздно эйфория пройдёт, притупится, поэтому пью эти ощущения до дна, пока могу. Мне бы просто успеть запомнить, сохранить их в себе, чтобы никогда не забывать, пронести до конца жизни.
Я ведь не зря сказала Грому в тот день. Если бы я знала о его чувствах в те времена, никогда бы не посмотрела на Гришу, как на парня. Да и в принципе не посмотрела бы на него подобным образом без этих идиотских записок. Мне же Гром нравился с самого начала. Который, как я думала, совсем не интересовался мной, как девушкой. А в итоге всё наоборот. До сих пор не верится, что мы с ним такие идиоты. Впору сказать Григорию спасибо за то, что он такой мудак. Будь иначе, я бы никогда не узнала, что значит быть любимой таким мужчиной, как Гром. Что значит бежать домой, боясь опоздать к его приходу. Или принимать душ за две минуты, а потом ещё за две стараться успеть одеться и накраситься. Чтобы, когда раздастся долгожданный щелчок замка входной двери, бросаться поприветствовать его, а затем кусать губы в смущении от его реакции при виде меня.
– Красавица, ты решила меня до инфаркта довести? – усмехается Гром.
Но хриплый голос с головой выдаёт то, насколько ему нравится увиденное.
На мне простенький сарафан тёмно-бежевого оттенка длиной до колен, провокационно расстёгнутый на две нижние пуговки. Талию подчёркивает тканевый ремешок в тон наряда. На ногах туфельки на низком каблуке. Волосы я оставила распущенными, лишь присобрав передние пряди заколкой на затылке. И я едва не принимаюсь его по-детски теребить, пока серый взор медленно скользит по мне с головы до ног и обратно.
– Так мы же идём на прогулку, или нет? – отшучиваюсь, как могу.
Мысли напоминают вату, чтобы полноценно анализировать сказанное.
– Да что-то мне уже не хочется никуда.
– Хочешь сказать, я зря прихорашивалась для нашего свидания? – выгибаю бровь.
– Если так подумать, что-то не припомню, чтоб в любое другое время ты облегчала мне участь, выглядев иначе, – шагает ко мне.
Он шагает, а я всё-таки хватаюсь пальцами за подол.
– Ничего не знаю! Сперва прогулка, потом всё остальное, – отступаю от него.
А то знаю я его, опомниться не успеешь, как уже поздно будет вообще куда-то идти. Только спать останется лечь.
