Автор
Внутренняя жизнь семьи рушится, когда старшие дочери объявляют о помолвке с молодым миллиардером. Но рядом смотрятся как пара из кино, и несмотря на сочувствие близких, Ир приходит к убеждению — развод в 47 лет необходим.
И доказывал снова и снова, как он мной дорожит.
— Не злитесь, тетя Оля, — она расстегивает белоснежную шубку, демонстрируя внушительное декольте, над которым явно постарались пластические хирурги.
Как по мне они даже перестарались, потому что для хрупкой фигурки грудь выглядтит слишком уж массивной.
Рассматриваю Азалию придирчиво. Она очень похожа на Злату в молодости. Белокурые длинные волосы, курносый носик, пухлые губки бантиком, идеальные бровки. Такая точеная куколка.
Только у Златы все было натурально, выглядело естественно, а Азалия напоминает мне плохую копию.
Но есть четкое ощущение, что она в своей внешности старается подражать матери в молодости.
Только зачем?
— Ольга уже уезжает, — цедит Влад.
Как раз из гаража въезжает водитель на нашей машине.
— Я и не знала, что ты Азалию ждешь, ты мне ничего не говорил. Хотя да, не до слов было, ты же меня так хотел, что едва в дом зашли как зверь накинулся! — заявляю ехидно.
У мужа бровь дергается. В холодных глазах вспыхивает злость. Сжимает мою руку сильнее, будто сломать хочет.
— Ой, шутница вы, теть Оль, — Азалия машет ручкой, хихикает, так наигранно и мерзко. Ужимки ее матери, но у Златы это выходило естественно, а дочь жалко пародирует. — С вашим диагнозом вам о сексе только вспоминать можно. Но ничего, теперь всем будет хорошо. И я не специально, — кривит милейшую, виноватую рожицу, — Я к вам очень хорошо отношусь. Но мы просто с Владом любим друг друга. Вы же не будете стоять на пути наших чувств? — хлопает огромными ресницами.
Пропускаю ее лепет мимо ушей.
— Диагнозом? — смотрю на Влада. — Позволь уточнить, что это у меня за такой загадочный диагноз, о котором я не знаю?
— Тебе пора, Ольга, — взгляд прячет.
Тащит меня к машине. Азалия семенит за нами. И рот у нее не затыкается. Мысленно зашиваю его и заклеиваю скотчем.
— Я понимаю, такое не принято разглашать. Но мы же все родные люди. Мы вас не бросим поддержим. И в старости стакан воды подадим.
— Готовься Владу стакан подносить. Он уже не молодеет.
Глава 6
Азалия что-то там отвечает, даже покраснела. Но я уже не слышу.
Открывается дверь багажника, Влад закидывает мой чемодан.
— Добрый день, Ольга Петровна, — здоровается водитель.
— Добрый, Тихон.
Ничего он не добрый, хочется крикнуть.
Молчу.
