— Я надеюсь, этот разговор останется между нами, оставь свои попытки воевать с отцом. Помирись с ним. Если ты раскаешься, отец тебя простит. Женись на моей дочери, и живи себе счастливо, — она говорит тихо, проникновенно.
Но какую чушь несет!
Даже ее сладкий голос, не может унять поднявшуюся бурю внутри.
— Злата, о чем ты говоришь! О ком?! Думаешь, я не знаю, в каком ты рабстве у него? Как зависишь и как он над тобой измывался! — не хотел он сейчас начинать этого разговора. Еще рано. Все должно было стать для нее сюрпризом.
Но Влада ее слова выбили из колеи.
— В рабстве? — она звонко смеется. — Да, я завишу. Твой отец мой покровитель. И я ему благодарна. Влад, я объездила всю Европу. Я получала золото. Мне поклонялись миллионы. Я купалась в славе. И сейчас мои ученицы побеждают одна за другой, моя школа славится на всю страну, моя популярность постоянно растет. Я медийное лицо. Я достигла того, о чем и мечтать не могла.
— Ты ползала перед ним на коленях! Не раз! Я сам видел! — черная пелена застилает его душу.
Как она может нести этот бред! Как может защищать монстра!
— Влад, — смотрит на него со снисхождением. — У всего в жизни есть цена. Я согласилась. Сама. Добровольно. И спустя годы ни капли не жалею. Твой отец порой сложный человек, но он справедлив. Бывало разное, но мы всегда умели договориться. Он ничего не требовал сверх меры. Я с ним никогда не спала. Это взаимовыгодный союз, ему нужны услуги, и он щедро мне за них отплачивает.
— Он тебя подкладывал под других! Злата! — он не верит, что слышит подобное из ее уст.
— Под состоятельных и очень сексапильных мужчин. С которыми женщины бы за даром, просто так бы рады были. И я не скажу, что этот опыт был таким уж неприятным. Как есть. Я не святая, — разводит руки в стороны. — Но ни о чем не сожалею. Я получила все, о чем мечтала. И я рада, что у меня есть такой покровитель, как твой отец. Желаю ему долгих лет жизни.
— А Николай! Он выдал тебя насильно замуж! Ты живешь с нелюбимым столько лет! Это же мучения! — из последних сил старается не повышать голос, чтобы их не услышали. — Разве ты не хочешь свободы от него? Я… я бы мог сделать тебя счастливой… — выпаливает то, что ни в кое случае не должен был говорить, но эти слова вырываются помимо воли, слишком долго он их держал в себе.
— Кто тебе сказал, что я не хочу быть с Николя? Думаешь, за столько лет я бы не нашла способ развестись? Николя, как муж меня полностью устраивает, и поверь, твой отец рядом со мной его давно не держит. Его держу я и отпускать не собираюсь. И, Владик… — склоняет голову набок. — С чего ты решил, что, между нами, что-то может быть? Ты будущий супруг моей дочери. Ты мой друг, и ничего иного быть не может.