Автор
Наталья резко оборачивается к мужу, взгляд ее полон неприкрытой ярости. "Ты для меня как кастрюля с борщом" — мрачно повторяет он, подчеркивая жесткость отношений в их семье. В сотейнике плавают любимые котлеты мужа, а Наталья остро чувствует обиду и отчаяние, словно они испаряются вместе с паром....
Пусть Иван меня сильно расстроил.
Пусть он эгоист, хам, грубиян, но.… свой, родной. И не было у нас больших проблем, пока не начались сложности со здоровьем и моя усиленная забота о муже от невозможности пустить энергию в другое русло.
Мое беспокойство достигло невероятных высот, когда я с ужасом увидела, что мне позвонил…. Фёдор.
— Боже.
— Отвечай! — легла мне на плечо тяжеленная лапа Вольдемара. — Непринужденно. Помни, ты.…
— Заткнись.
— Молчу, — показал жестом мужчина.
Сердце забилось на кончках пальцев, когда я нажала «принять вызов».
— Привет, Федь, как дела?
— У Феди не очень, — прошелестел в динамике голос моего мужа.
Я аж подпрыгнула.
— Вань? Ваня, это ты?! Почему молчишь? Отвечай! Что стряслось?! Где ты.… Вольдемар тебя потерял. Ой…. — сообразила слишком поздно, что если Ваню пленил этот псих, то я своей тирадой выдала мужа с потрохами и, возможно, только навредила ему.
— Ой. Наташ.… — попытался рассмеяться Иван. — Проверить одну старушку надо. Это первая женщина Федора, с нее все началось…
Кое-как Иван объяснился.
— Думаю, он там хранит что-то. Из разговора так показалось. Доказательства будут, если поискать. Только скажи Вольдемару, пусть его ребята действуют осторожнее. Потому что я слежку сразу считал. Там ослиные уши отовсюду торчали, как из шляпы фокусника.
— Я так и сказала ему. Про уши. Только не уточнила, какие. Вань.…
— М?
— Ты где? А этот.
— Далеко, — голос мужа стал совсем слабый. — За трассой. На семидесятом километре, Южный проезд."
"Вольдемар технично набрал чей-то номер и приказал всем подняться со своих мест, выехать немедленно.
— Как ты, Вань? Не молчи.
— В порядке.
Я с трудом разобрала его слова.
— Я тебя люблю. Прости, что так паршиво вышло. У тебя всё будет хорошо, — пообещал Ваня внезапно взбодрившимся голосом и снова едва слышно выдохнул. — Прости.
Так тихо, как будто это просто ветер коснулся моего уха.
Просто ветер без слов, а смысл их я сама себе вообразила.
— Не смей отключаться, слышишь? Ты.… Ты ещё за кастрюлю борща не извинился! И за то, что «в очереди за членом постоишь»! — выпалила я, наплевав на то, что Вольдемар на громкой связи все слышит.
В ответ какой-то шорох и тишина.
— Иван. Ваня! Вань.… — закричала, теряя голос.
От ужаса волосы на голове зашевелились.
Я так и не сказала ему в ответ, что тоже любила его до сих пор.
