Автор
В Ребенке от лучшего друга Ксении Богда жуткая правда о том, что надежды и защиты никто не заботится. Тон голоса автора мягок, но с долей издевки к теме, которая переворачивает жизнь главной героини - ее отчаянная ночь, переполненная тьмой и страхом, становится поворотным моментом....
Что тебе сделали незнакомые люди, что ты готов их поставить под такой удар?
Подхожу к раковине и ополаскиваю тарелку. Внутри разливается приятная сытость, а глаза против воли начинают слипаться.
– Ну да, и правда. Ладно, если что, звони. И на звонки отвечай, а то знаю я вас, молодых…
Папа многозначительно заламывает бровь и выходит из кухни.
– Дочь, ну прости, я не думала, что вы так прям повздорили с Максимом, – и глазки такие невинные.
Ресницами хлоп-хлоп.
– Проехали, – бубню и выхожу вслед за отцом.
Прохожу в спальню и валюсь на кровать. Усталость накрывает такая, как будто весь день разгружала вагоны.
Телефон пиликает от входящего сообщения.
«Мелкая, ну прости меня, засранца. Ну хочешь, я выясню, чем нас напоили?»
Глава 3
После благополучного отъезда родителей мне удается несколько дней игнорировать Макса. Но на то мы и лучшие друзья, что он знает про меня процентов восемьдесят информации и отлавливает меня после университета.
Подкатывает на своем спорткаре чуть ли не к главному выходу.
– Лель, – ловит меня, когда я уже устремляю лыжи в сторону автобусной остановки.
Хмурюсь и кошусь на его пальцы, которые сжимают мое запястье.
– Руки убрал, – тихо и угрожающе шиплю.
– Ну прости дурака.
Начинает оправдываться. И глазки так притворно вниз опускает.
– А тут ты увидел меня без одежды, испугался и мозги все на подушку вытекли? – продолжаю беситься из-за ситуации в которой мы оказались.
– Мозги вытекли, но точно не от того, что я испугался, – ухмыляется друг, – у тебя зачетная фигурка, Соколова.
А я теряю дар речи. Стою минуту глупо хлопая глазами, пока Макс веселится, наблюдая за моим замешательством. И это снова...бесит, да!
– Слушай, Орлов, завянь, как одуванчик в сетябре.
– А я шоколадку принес, – весело выдает и ныряет в карман.
И достает, гад, шоколадку, созвучную с моим именем. Ну фантазии как у валенка.
– Засунь себе эту шоколадку в ж…– рыкаю я и пытаюсь освободиться из захвата.
