Автор
В Ребенке от лучшего друга Ксении Богда жуткая правда о том, что надежды и защиты никто не заботится. Тон голоса автора мягок, но с долей издевки к теме, которая переворачивает жизнь главной героини - ее отчаянная ночь, переполненная тьмой и страхом, становится поворотным моментом....
– Красавчик, а я с удовольствием приму твою шоколадку, – доносится сбоку приторный голосок, и я морщусь.
Совершенно случайно. Само получается, правда!
Макс тем временем пользуется моей заминкой и запихивает меня в машину. Я возмущенно открываю рот, чтобы уже послать этого нахала куда подальше. Но он прыгает на водительское кресло и срывается с места.
Я только успеваю пристегнуть ремень безопасности, потому что знаю я, как он иногда может лихачить.
– Мы на тот свет торопимся? Ад через две минуты закрывается?
От напряжения начинаю нести всякую ахинею, а друг только ржет в ответ.
Выезжаем за город. Я уже озираюсь по сторонам, но продолжаю выжидать. Надеюсь, что у Макса не сорвало за дни нашей ссоры крышу и он не едет меня куда-нибудь прикопать."
"Выдыхаю, когда он останавливается на заасфальтированном пустом пятаке и глушит мотор.
– Лель, – поворачивается и пристально изучает застывшую меня.
А я в свое время окидываю его взглядом.
– М? – мычу я, не в силах отчего-то сказать хоть что-то вразумительное.
– Ну прости меня.
И лицо такое страдальческое…Актер, блин!
– Да, я начал себя вести как последний дебил, но я просто от шока. Я проснулся, понял, что мы в одной кровати, и испугался до одури.
– Чего ты там испугался, Макс? – откидываюсь назад, впечатывая голову в подголовник.
Сердце неприятно замирает, а ладони покрываются потом.
– Того, что я могу просрать из-за этой ночи нашу дружбу, – тихо проговаривает.
И это заставляет меня поднять голову и встретиться с ним взглядом. И я не вижу притворного испуга. Все, что он говорит, – правда. Искренняя.
– Блин, Лель, ну из-за непонятной ситуевины все терять.
Ерзаю на сиденье и утыкаюсь взглядом в стиснутые кулаки.
– Да и к тому же, я договорился насчет практики в фирме, где я работаю.
– А вот это против правил, Орлов, – возмущенно пищу я и ударяю по плечу друга.
Макс притворно охает и хватается за ушибленное место, состроив болезненную мордаху. Я же складываю руки на груди и насупливаюсь.
– Ну а что делать? Ну и не факт же, что между нами что-то было.
– Не факт, – как эхо повторяю я.
