Автор
В Ребенке от лучшего друга Ксении Богда жуткая правда о том, что надежды и защиты никто не заботится. Тон голоса автора мягок, но с долей издевки к теме, которая переворачивает жизнь главной героини - ее отчаянная ночь, переполненная тьмой и страхом, становится поворотным моментом....
– Макс, – выдыхаю я, – кажется, он шевелится.
– Кто? – Макс непроизвольно переводит взгляд на живот. – Ребенок?
Киваю.
– Серьезно? Ты чувствуешь?
– Я читала, что это похоже на бабочек в животе, – из меня вырывается смешок, – ну или меня просто пучит.
Фыркаю, но Макс не разделяет веселья. Подходит ко мне вплотную и кладет ладонь на живот, который, кстати, даже подрос. Или это опять плод моего воображения?
– Ты вряд ли почувствуешь, – сдавленно бормочу, но мне так приятно его прикосновение.
– Да и пофиг, – отмахивается от меня.
– Макс, – шепчу, снова обхватывая его за талию и облегченно выдыхаю, когда и его руки смыкаются у меня на спине.
Слышу, как колотится его сердце, и становится так волнительно.
– Я просто ляпнула не подумав. Никого я не представляла, кроме тебя, – уже тише добавляю.
– Значит, мы договорились?
– Насчет чего?
Не понимаю, к чему он клонит?
– Ты выкидываешь из головы весь тот бред насчет того, что ты меня ребенком привязываешь.
Его прерывает звонок телефона.
– Блин, это папа. Может, по работе. Прости.
Глава 25
Не сводя с меня глаз, подносит трубку к уху и подмигивает.
– Да, пап. Дома, вообще, не планировал возвращаться. Я вроде все сделал и проверил, – Макс возвращается за стол и делает еще один глоток кофе, пока слушает отца. – До завтра не подождет? Хорошо, понял.
Его тело напрягается, и я делаю несколько неуверенных шагов к нему.
Начинаю разминать скованные напряжением плечи, и постепенно Макс расслабляется.
– А? Да, слышу. Сейчас поем и приеду. Давай.
Отключается и откидывает голову назад. Как раз на мой живот.
– О-о-о-о-о-о, только не останавливайся, малыш, – его обращение отдается приятным теплом в груди.
Перехватывает мое запястье и тянет его вниз по своей груди. И я чувствую, как напрягается каждая мышца под моей рукой. С трудом сдерживаю порыв стиснуть руку в кулак. Настолько все происходящее забирается под кожу, отдается дрожью в каждой клеточке.
А потом происходит все настолько молниеносно, что я не успеваю моргнуть, оказываюсь лицом к лицу с Максом. Он протискивает свои ноги между моих бедер и усаживает меня на себя.
