Летом 1941 года советское командование планирует операцию по ликвидации немецкого плацдарма у Ельни, угрожающего Вязьме. Для успеха миссии необходимо добыть секретную информацию о противнике. Герои произведения отправляются в опасный рейд, готовые пожертвовать жизнью ради победы.
Режим тишины уже не имел значения, на востоке грохотало так, как и в аду не снилось.
Время поджимало, надо успеть. За спиной остались окровавленные тела в элегантных площадях. Рачительный ефрейтор Карогуля сетовал на бегу:
– Жалко мотоциклы… Такое добро пропадает… Сколько можно было дел на них провернуть!
– Будет время – обязательно вернёмся, заберём.
Взвод миновал небольшое поле, удача не подвела – постов больше не было. Марш-бросок по лесу – летели как птицы, перемахивая через канавы – народ молодой, здоровый, полный сил и азарта. За лесом простирался земляной вал, обросший кустарником, бежали по обратной стороне и только раз задержались – по проселочной дороге, прорезающей вал, катил грузовик, набитый ящиками с боеприпасами, его сопровождали мотоциклисты. Колонну атаковать не стали – не боеприпасы уничтожать надо, а те адский устройства, что их выстреливают."
"Больше чужаков в районе вала не было. Снова понеслись как на пожар, метров триста вдоль склона, ещё одна просёлочная дорога, за валом лесистая местность, там в отдалении шёл бой. Шубин был уверен, что не ошибся с координатами – кувырками через вал, дальше, к лесу.
Тыловое охранение застали врасплох – потекли автоматным огнем – пусть поднимают панику, уже неважно. Снова в лес, бежали кучкой – так было удобнее отдавать команды, дружно залегли, рассыпались.
Где-то на лесной дороге ревели моторы, полк Рехтина держался, это поняли по ожесточенной пальбе. Лейтенант напряжённо вслушивался: слева миномётная батарея; справа, на возвышенности, откуда очень удобно вести огонь, несколько пулемётных расчётов.
– Аничкин, бери свое отделение, подойди с тыла к минометной батареи. Уничтожить расчёты, забросать гранатами миномёты. Держаться до нашего прихода, если мы, конечно, раньше не подойдём. Завьялов, бери своих, идёте со мной. Выставить охранение, двигаться без шума.
Взвод разделился, поползли по-пластунски, огибая развесистые кустарники, скопления валежника и бурелома. Возвышенность на опушке немцы подобрали грамотно – разместились на ней со всеми удобствами, работали по секторам.
Глеб прикинул на глаз – секунд пятнадцать, чтобы бегом взобраться на косогор, ещё примерно столько же на ликвидацию автоматчиков, окопавшихся у подножья. Очевидно, часть резерва в бою участия не принимала, ждали своего часа, загорая в пахучем клевере.
Налетели как стая волков – расстреляли в упор растерявшихся немцев. Большинство даже встать не успело, другие метались, валились как подкошенные.
