Гремящее обстреловое насилие омрачало мирное утро. Командир разведки Шубин спешно искал возможность подзаработать себе нечто важное — он скомкал остывший письменный листок в кармане, зная, что это последняя надежда на драгоценные часы до следующей бомбежки.
Работала миномётная батарея, весь передний край тонул в пороховом дыму, блиндаж комполка Рехтина был заглублён в землю. Глеб скатился по ступеням, чуть не сбил спешащего на встречу порученца. Потолок в землянке ходил ходуном, сыпалась земля.
Командир полка был жив, начальник штаба майор Лисовский тоже, помощник начштаба по разведке капитан Муромцев отсутствовал. На лейтенанта разведки уставились бледные лица. Майора Лисовского донимал нервный тик – подёргивалась бровь, он судорожно тёр стёкла очков.
– Дождался Шубин!.. – приходилось почти кричать, дорожали стены, подпрыгивал потолок. – Пришёл твой звёздный час. Молодец, что дождался. Все твои люди целы?
– Так точно, товарищ полковник!. Со мной двадцать девять."
"– Смотри сюда… – палец надавил карту и чуть не сломался в суставе. Полковник сморщился от боли. – Смотришь, лейтенант?.. Вот здесь находимся мы… Здесь противник… Речушка Беленькая и село Рогозино уже в тылу у немцев.
– В наш последний и решительный… – меланхолично пробормотал начштаба Лисовский.
– Примерно так… – согласился комполка. – Насчёт первого не знаю, но пойдём решительно. Действуйте быстро, лейтенант.
