У этого было шесть стволов, которые вращались вручную с помощью специальной рукояти. Особенностью этого пулемета было то, что патроны попадали в ствол под силой тяжести, а стреляные гильзы сами выпадали при вращении. Заодно происходило и охлаждение стволов. Стрелял намного быстрее других картечниц.
В будущем для пехотных пулеметов такая система окажется громоздкой, а вот на военном флоте, как морском, так и воздушном, приживется. Я видел их во время стажировки на кораблях Черноморского флота. Один мой однокурсник, сын капитана первого ранга в отставке, не поступивший в военно-морское училище и подавшийся в гражданскую мореходку, чтобы не загреметь служить срочную службу матросом, рассказал мне об этой системе, когда проходили на катере мимо большого противолодочного корабля, у которого имелась такая установка.
— Шесть стволов калибром тридцать миллиметров! Дистанция поражения до пяти километров! Тысяча выстрелов в минуту! — восхищенно перечислял однокурсник. — Небольшой корабль может разрезать напополам!
Последнее утверждение показалось мне немного чересчур, но хотелось верить.
"
"У направленного на нас пулемета Гатлинга калибр был около полудюйма и скорострельность пониже, но стоявших на палубе членов абордажной партии он подсократил значительно. Двое упали замертво, четверо получили ранения. Комендоры, имеющие боевой опыт, успели спрятаться за стальной фальшборт, который нынешнему пулемету Гатлинга оказался не по зубам. Затем его навели на иллюминаторы надстройки.
— Прячься! — крикнул я, приседая.
Находившиеся в ходовой рубке старпом и второй помощник успели последовать моему приказу, а вот рулевой сплоховал. Пулеметная очередь расколошматила все пять иллюминаторов, засыпав палубу рубки осколками. На лбу у рулевого появилась алая рана. Кровь быстро потекла к закрытым глазам и дальше на щеки. Мне почему-то вспомнилось, как в будущем в Северной Атлантике возле Фарерских островов волна разбила один из иллюминаторов на костере, на котором я тогда капитанил.
Из-за высокой волны авторулевой не справлялся, на штурвале стоял матрос. Осколок попал ему в лоб. Рулевой продолжал стоять с закрытыми глазами, пока кровь не добралась до рта. Сплюнув кровь, матрос открыл глаза — и рухнул без сознания.
Сейчас рулевой рухнул раньше. Ему достался не осколок, а пуля, которая вырвала сзади кусок черепа, оголив красновато-серую студенистую массу.
Пулеметная очередь пошла дальше, к шлюпочной палубе, чтобы согнать оттуда матросов.
