Энергетическое напряжение в кабинете подскакивало от каждой новой информации. Обычная серость стен резко разделилась на яркие пятна света и тени, создавая необычайную атмосферу вокруг стола. Это было знакомое место, но сегодня в нем царил какой-то неправильный шарм.
Про это плетение можно ничего не говорить. От него нет защиты ни у мертвых, ни у живых. Режет все. Самое убойное плетение. Плохо одно: действует только в ближнем бою. Зато все равно, что находится вокруг меня. В окружающем меня пространстве может не быть ни одного грамма воды, но плетение будет работать, а воздух есть везде. Вру: в жерле вулкана, в толще магмы его нет, но туда я не собираюсь попадать.
Миксер-плюс. Проф сумел сделать так, что это плетение стало практически безопасно для меня. Вернее, для того, кто его применяет.
Семь практически новых плетений, конечно, на основе старых, проф слепил со мной и всеми остальными членами магической школы Джокер за неделю. А если вспомнить остальные? От
водяной плетии воздушного кулака до
огнешара? Проф прав, да и на турнире магов в Диоре я в этом убедился. Нет смысла разбрасываться. У мага должно быть несколько плетений, которые могут закончить схватку быстро.
молниюя не посчитал.
– А стоит?
Ты прав. Я заменил всего одну руну и получил это плетение. Оно заменило искру. В большей степени работает против живых, но и мертвым мало не покажется. Но это плетение связано со сталью, можно его не считать. Это относится к повышению убойности оружия, а не к чистой магии.
– А плетения для толпы не хочешь вспомнить?
Можно и это сделать. В первую очередь… Стоп!
– Ребята и леди, у нас гости, – тихо сказал я. – Моя
бахромачувствует магические потоки у входа в пещеру.
Лорак стал рядом со мной, а Тир и Рикт разошлись в стороны. Мы стоим по сторонам от прохода. Ерана, плеснув на себя половник варева и взяв что-то грязное в руки, проковыляла мимо нас к выходу из каскада пещер. Блин! Не вздумай погибнуть: я не смогу оправдаться перед профом. Я не смогу оправдаться перед самим собой. Так, какие-то голоса. Я прислушался.
– Сука, ты еще не сдохла?
Ты первый умрешь. Или не ты, но это не так важно.
– Простите меня, – залепетала Ерана, – простите и не бейте. Пожалуйста.
– Все, – засмеялся кто-то, – ее сломали полностью. Помнишь, Юр, как она на нас смотрела в прошлый раз? Как мы ее били, и как она смотрела.
Вспоминай, дорогой, вспоминай. А Эллина потом тебе кое-что вспомнит в самой жесткой форме. Опять звук удара.
