В мирное время, хмурое утро перерасталось в ненастную смену дня. Но среди этих туч и густых облаков скрывается нечто особенное: на передовой появляется командир-реконструктор Александр Сергеевич Конторович, готовый исследовать подкрадывающиеся надежды в захваченных городах. Его миссия – расставить все точки над "i", прокладывая путь для будущей победы, независимо от текущих туманов войны....
– Wer bist du? Sprichst du Deutsch?[24]
Ага, стало быть, им интересно, кто я такой и почему предупредил их об опасности? Правильно говорят – любопытство сгубило кошку! Уж чего-чего, а качественной лапши на уши я вам сейчас обеспечу…
– Старший стрелок Красовски Макс! Был ранен, попал в плен… и теперь эти чертовы большевики таскают меня за собою по лесам…
– Зачем?
– Дикари…
– Документы?
Вот как бы мне сейчас пригодился мой зольдбух! Увы… он остался за подкладкой изорванной гранатными осколками куртки, которая сейчас валяется неведомо где в лесу.
– Эх, камрад, если бы у меня были сейчас не только документы, но еще и глоток шнапса…
Солдат хмыкает и присаживается на корточки.
– Ну положим, глоток шнапса ты заслужил… – Он снимает с пояса флягу. – Глотни! А ты, Мориц, сбегай за обер-лейтенантом – похоже, этот вопрос по его части.
Рук мне, правда, немец развязывать не стал – осторожный! Флягу поднес ко рту и влил в меня довольно-таки щедрый глоток.
Спустя несколько минут на полянку выходят сразу несколько человек.
Пытаюсь встать на ноги, стоящий рядом солдат мне помогает.
– В чем тут дело, Нойберт? Что это за человек?
– Старший стрелок Красовски Макс, герр обер-лейтенант! Второй взвод пятой роты второго батальона Четыреста пятого гренадерского полка Сто двадцать первой дивизии вермахта!
– Надо же! Четыреста пятый полк? Знаю-знаю… Как фамилия командира батальона?
– Майор Рихард Бохентин, герр обер-лейтенант! Командир полка – полковник Фридрих Франек!
– А как зовут командира взвода?
– Лейтенант Карл Морт, герр обер-лейтенант!
– Хм…
На поляну между тем выходят остальные солдаты.
– Как вы попали в плен?
– Наше отделение было направлено для расчистки дороги. Во время приема пищи на нас напали, бросили гранату… я очнулся уже в плену. Раненым, одетым вот в это… – кивком указываю на красноармейскую форму, которая сейчас на мне.
– И документов у вас, разумеется, нет…
– Нет, герр обер-лейтенант! В смысле – нет при себе! Возможно, они у кого-то из этих… – киваю на тела партизан.
– Герр обер-лейтенант! – отвлекает его внимание один из солдат. – Мы ищем вот это?
В его руках тот самый металлический ящик.
– Благодарю вас, Ройтман, это именно то, что нам нужно. Все здесь?
– Да, герр обер-лейтенант!
Ага… все они тут. Это хорошо.
