В мире личных владений и тайных коридоров, где каждый звезды имеет свой собственный небосвод, де Аль-Империал — шеф Поль Гарселя, наблюдает за своим клиентом с интересом. Внезапно разрываются улицы, как струны в гитарном ансамбле, а Гарсель улыбается, растворяясь в весеннем свете и легкометражке. Здесь каждый шаг и каждая отмеченная метка имеют значение.
— Так чем я могу вам помочь, господа инспекторы? — решился на сотрудничество Красовняк.
— У нас есть метка рейса, который мы подозреваем в перевозке живого товара.
— Вот как? Вы можете мне ее показать?
— Здесь? — уточнил Филдс, показывая рукой на узкий коридор проходной.
— Ах да… — Красовняк нагнулся к окошку и крикнул: — Запиши — двое со мной на территорию!
— Понял! — отозвался охранник.
— Прошу вас, господа, проходите. Прямо сейчас на месте мы решим эту проблему.
Они прошли на территорию аэродрома, где было достаточно света, и Филдс подал дежурному листок с написанным кодом.
Тот посмотрел на него и кивнул.
— Да, первые две цифры означают, что борт был с нашего аэродрома. А по трем последним цифрам я смогу отыскать его стоянку. Откуда, кстати, у вас эта метка?
— Нам помогают военные. Нелегальная иммиграция — это, знаете ли, серьезная вещь.
— Я понимаю. Идемте, нам в ту сторону, метров пятьсот пешком. Недалеко?
— Мы ехали сюда триста километров, — заметил Мартин. — Пятьсот метров нас не испугают.
Пока они шли вдоль складских помещений, Красовняк связался по рации с диспетчерами и, назвав им последние три знака кода, попросил указать, где искать соответствующую стоянку. Те объяснили, после чего дежурный еще раз огляделся и указал рукой направление.
— Все правильно, нам туда. Это даже ближе — метров на сто.
Они шли мимо остывающих моторов, мимо оранжевых тележек-генераторов, мимо длинных серебристых сигар топливозаправщиков и смешных электрокаров, развозивших усталых пилотов и бодрых механиков.
Наконец в том конце поля, где бетон был постарее, а освещение похуже, Красовняк указал на транспортный самолет, который уже давно не выкатывался со своей стоянки.
— Вот, господа, ваша метка соответствует этому борту.
— А это точно он? Ошибки быть не может? — спросил Филдс, понимая, что перед ними отслужившее свое судно, которое пустят на металлолом при первом удобном случае.
— Нет, господин инспектор, первые три цифры номера самолета совпадают с тремя последними на метке. Все сходится.
Филдс подошел к самолету ближе и коснулся его обшивки. Затем сдул с пальцев пыль и вернулся к Мартину и Красовняку.
— Но как такое может быть, господин старший оператор? Нам ведь сказали, что подозрительное судно село у вас.
— Видимо, к вашему запросу отнеслись формально, господин инспектор. Есть метка, есть указание ее приписки — наш аэродром, но проверять фактический маршрут вашего борта никто не удосужился.
