Семья богатого промышленника приобретает передовую модель робота-слуги. Двенадцатилетняя дочь хозяина, разочарованная подарком, решает уничтожить машину, но её попытки приводят к совершенно неожиданным последствиям, меняющим её взгляд на умные создания.
— Так уж и слишком?
— Ну, заметно…
— Хорошо. Я учту.
Мимо то и дело проходили отработавшие смену сотрудники аэродрома, они прощались и отправлялись по домам, но Филдс с Мартином домой не спешили, поскольку домом им служил благоустроенный подвал в замке Камерона.
«Ну как тут не пить?» — подумал Филдс и тут увидел шагающего по освещенной дорожке человека в мундире.
«Это он», — догадался Филдс и выдохнул коньячные пары в сторону.
— Старший оператор Красовняк? — спросил он, шагнув навстречу, и склонил голову набок, чтобы придать своему взгляду больше значительности.
— Вообще-то да, я сегодня дежурю, — ответил оператор.
— Хорошо. Я инспектор центра иммиграции, вот мое удостоверение, — сказал Филдс и показал фальшивый документ.
Обычно этим все и ограничивалось, однако Красовняк схватился за синюю книжицу и сказал:
— Разрешите?
— Конечно. Вы имеете полное право, — ответил Филдс, убирая руку.
— «Центр иммиграции в Суллине», — прочитал дежурный. — Это же триста километров!
— Да уж, пришлось побегать, пока на ваш след вышли, господин Красовняк, — заметил Филдс, глядя дежурному в переносицу.
— Я… не очень понимаю, о чем вы говорите, — неуверенно произнес тот и вернул удостоверение.
— Все очень просто. У нас появились сведения, что через ваш аэродром нелегально переправляют людей.
— Но у нас не пассажирский терминал, мы переваливаем грузы — только и всего.
Филдс и Мартин заученно переглянулись и обменялись ухмылками.
— Видите ли, Красовняк, так все говорят. Но потом выясняется, что людей перевозили во всякого рода ящиках, тюках. Понимаете меня?
Красовняк ответил не сразу. Филдс готов был поспорить на оставшийся коньяк, что бедняга вспомнил все тюки, что видел за последние полгода.
— Да, я понимаю. Извините, задумался, все это так неожиданно. Но я не понимаю, инспектор, почему этим занимаетесь вы, а не полиция?
— У полиции полно своих дел, и если нет никаких улик — оружия там, или наркотиков, они берутся за дело неохотно, поэтому основную часть работы приходится делать самим.
— К тому же у нас это получается куда тоньше, господин Красовняк, — добавил Мартин. — А если вызвать полицейских, они начинают с того, что кладут весь персонал лицом в грязь, а уж потом начинают разбираться."
"— Я хотел бы сказать слово в их защиту, коллега, — заметил Филдс. — У этих ребят полно работы, а потому действовать им приходится очень жестко, но зато и более эффективно. В этом плане нам куда проще, у нас только иммигранты, и ничего более.
